Все новости
Персона
14 Апреля , 00:20

КАРМЕНСИТА С ЛАЗУРНОЙ РИВЬЕРЫ

Свыше четырёхсот заявок, 78 участников, десятидневный марафон мастер-классов, итогом которого стал концерт на сцене Большого зала Московской государственной консерватории имени Чайковского. Все это – образовательная часть IV Международного музыкального фестиваля Ильдара Абдразакова в феврале 2021 года в Москве. Единственной участницей из Башкортостана стала недавняя выпускница Уфимского института искусств имени Загира Исмагилова и солистка Башкирского оперного театра Назгуль Ибрагимова. О том, как может измениться судьба после участия в подобном проекте, певица делится с читателями «Рампы».

Автор — Гузель Яруллина

Свыше четырёхсот заявок, 78 участников, десятидневный марафон мастер-классов, итогом которого стал концерт на сцене Большого зала Московской государственной консерватории имени Чайковского. Все это – образовательная часть IV Международного музыкального фестиваля Ильдара Абдразакова в феврале 2021 года в Москве. Единственной участницей из Башкортостана стала недавняя выпускница Уфимского института искусств имени Загира Исмагилова и солистка Башкирского оперного театра Назгуль Ибрагимова. О том, как может измениться судьба после участия в подобном проекте, певица делится с читателями «Рампы».
Мы сидим в уютном кафе рядом с Московской консерваторией. Назгуль только что выступила на мастер-классе известной оперной певицы, солистки Мариинского театра Екатерины Семенчук. Можно выдохнуть, выпить чаю и побеседовать.
— Вы участвовали в мастер-классах Фонда поддержки молодых талантов Ильдара Абдразакова дважды — в 2019 году и сейчас. После первых мастер-классов отправились на стажировку в Монако. Как такое стало возможным?
— Мне до сих пор не верится, что это произошло со мной. Это был полнейший переворот сознания — оказалось, что нет ничего невозможного. Но началось все с фестиваля Ильдара Абдразакова в марте 2019 года. Я подала заявку и была выбрана для участия в мастер-классах в Уфе. Вместе с Ильдаром Амировичем их давали баритон Василий Ладюк и концертмейстер Кира Парфеевец, которая работает в Монако. От нее я и услышала, что планируется набор молодых российских певцов для участия в Третьей оперной академии в Монте-Карло. Первой реакцией было: «Зачем пробовать? Всё равно ничего не получится». Но мой педагог по вокалу Любовь Владимировна Буторина мягко возразила: «Надо пробовать». Я заполнила заявку, приложила видео арий на трех языках, отправила и … благополучно об этом забыла. Каково же было удивление, когда я узнала, что попала в число десяти счастливчиков!
— Как проходило обучение в Монако?
— С нами занимались на протяжении двух недель с утра до вечера. При этом все участники присутствовали на уроках друг друга. Первую неделю мастер-классы по французской музыке проводил дирижер Жан Ив Оссонс. Ему помогал Давид Забель, высококлассный концертмейстер, который работал с Джойс Дидонато и другими мировыми знаменитостями.
Вторая неделя была посвящена итальянской опере, и мы брали мастер-классы у Барбары Фриттоли. Интересно было услышать ее мнение, что русские певцы любят глубоко загонять свой голос и его трудно вытащить, что это наша национальная особенность. В разборе итальянской оперы нам помогал концертмейстер Самуэле Пала.
Третью неделю мы посвятили подготовке к гала-концерту на знаменитой сцене Гарнье. С нами работала Кира Парфеевец. Она много рассказывала о французской и италь­янской музыке, о том, кого лучше послушать, прививала чувство стиля и вкуса.
В том итоговом концерте я исполнила Сегидилью. Партию Кармен я начала готовить еще в Уфе, поскольку по условиям участия нужно было привезти две полноценные партии на французском и итальянском языках. У меня как студентки четвертого курса их, конечно, еще не было в багаже. Вместе с моим педагогом мы долго думали, что выбрать — на чём можно научиться, не форсируя события и не испортив голос. В итоге остановились на Кармен Бизе и Изабелле из «Итальянки в Алжире» Россини.
— На каком языке вы общались на мастер-классах?
— На русском и английском, но многое было понятно благодаря итальянским терминам. Да и язык музыки не требует перевода. Но сейчас я в процессе изучения языков — и это один из уроков, который извлекла после Монако.
— Что было главным, чему вы там научились?
— Верить в себя и не ограничиваться рамками. Ведь как живут студенты? От зачёта до зачёта, от экзамена до экзамена. А нужно смотреть шире — пробовать себя, подавать заявки, ставить смелые цели и не бояться идти к ним.
— Давайте вернёмся немного назад. Расскажите, что вам дали первые мастер-классы Ильдара Абдразакова? Чему конкретно вы научились? Ведь вы пришли на них, уже умея петь.
— Очень часто проблемы у вокалистов не в голосе, а в голове. И они несут их через всю свою карьеру. Можно долго и кропотливо работать в классе, но часто именно мнение профессионала со стороны помогает найти ключ к зажимам и снять их. Помню, когда я спела арию Леоноры из оперы Доницетти «Фаворитка», Ильдар Амирович сказал: «Да всё у тебя хорошо! Верх диапазона есть, низ есть, всё звучит. Тебе нужно просто расслабиться». Он даже подошёл ко мне и приобнял за плечи.
— Есть даже такая фотография!
— Да-да. Тогда я поняла, и даже физически почувствовала, насколько зажато я пела раньше. Голос есть, но он словно в тисках.
Конечно, многие вещи, которые говорят на мастер-классах, осознаешь только спустя какое-то время. Потому что невозможно на себя адекватно со стороны взглянуть здесь и сейчас. Нужно, чтобы эта мысль отлежалась. Думаю, в этом и заключается эффект мастер-классов.
Иногда можно услышать мнение: зачем проводить разовые занятия? Чему можно на них научиться? Намного эффективнее заниматься сессионно — например, неделю с каким-то коучем. Я убеждена: если человек не готов меняться, ему и недели будет мало.
— Прошло два года, и вы вновь подали заявку на участие в мастер-классах. Почему?
— Сейчас назрели другие вопросы. В какую сторону двигаться в репертуарном плане. Как определить свой «Fach» — это немецкая система классификации оперных голосов, в которой учитываются диапазон, тембр голоса, психотип певца, его возраст, внешность.
— Однако первыми словам Екатерины Семенчук, которая проводила мастер-класс с вами в этом году, были: «Что вас привело к нам? Вы уже сложившаяся певица и у вас все прекрасно».
— Было невероятно приятно услышать этот комплимент от самой Екатерины Семенчук! И вновь мастер-классы дали огромный толчок двигаться вперед. У меня так заработал мозг в эти дни!
— Заметила, что, слушая других участников, вы записываете советы коучей в блокнот.
— Да. Мастер-классы полезны мне и как певице, и как будущему педагогу. Я смотрю, как коучи находят к каждому участнику индивидуальный подход, насколько они взаимодействуют не только профессионально, но и энергетически.
— В Уфе ваш дебют в театре состоялся ни много ни мало партией Кармен. Расскажите, как это получилось?
— Когда я пришла в Башкирский оперный театр, партия Кармен у меня была готова благодаря той самой стажировке в Монако. Рассказала об этом главному дирижеру Артему Валентиновичу Макарову, он меня прослушал и сказал: «Будь готова, что ты ее исполнишь и, возможно, скоро». Я даже не предполагала, насколько скоро. В октябре меня взяли на работу, а в ноябре я уже ее спела! Удивительно, как события прошлого и настоящего переплетаются! Когда отматываешь их назад, понимаешь, что ничего не бывает случайно — одно вытекает из другого. Вот и сейчас, когда мне доверили спеть партию Дульсинеи в предстоящей премьере оперы «Дон Кихот» Массне, вновь вспоминаю Монако. после выступления в гала-концерте я спросила у Киры Парфеевец, какая еще из партий подходит мне по голосу. Она ответила: «Дульсинея».
…К концу нашего разговора у Назгуль зазвонил телефон. «Да, я здесь рядом», — отвечает она и через некоторое время направляется в Большой зал Московской государственной консерватории. Там началось прослушивание участников мастер-классов, отобранных для концерта «Ильдар Абдразаков и друзья». Назгуль будет исполнять Сегидилью. Ну как тут не верить знакам судьбы?

Автор — Гузель Яруллина