Все новости
СОБЫТИЕ
4 Июня 2021, 00:42

Имя на лепестке розы

Писать о Гульшат Каримовой и легко, и трудно. Легко, потому что у неё насыщенная творческая жизнь – с яркими, неординарными, порой сенсационными событиями. Есть о чем говорить. Трудно… потому что вообще рассказывать о многогранной талантливой личности – большая ответственность. И просто не знаешь, с чего начать. Судите сами.

Автор — Нина Жиленко
Гульшат — концертмейстер вокала, сольный пианист, ансамблевый исполнитель, организатор концертов, педагог… И всё это она делает естественно, непринужденно, как говорят, припеваючи, будто в самом деле поёт любимую, знакомую с детства песню. Конечно, если смотреть со стороны. Наверное, это и есть настоящий профессионализм.
И характер. Она такая: задумала — сделала. Поразить, изу­мить, потрясти — это Гульшат всегда умела и умеет.
Музыкой жила с детства, сколько себя помнит. Папа Мунир Зайнутдинов — офицер Советской Армии, а это значит бесконечные переезды. В разных точках огромной страны, где приходилось служить и жить семье, непросто было приземлиться в какой-то музыкальной школе для систематического обучения. Но это произошло. В Красноярске или где-то между Москвой и Ленинградом — неважно. К тому же Гульшат успела надышаться атмосферой дома знаменитого дяди, композитора Наримана Сабитова, где всё было пропитано музыкой: и воздух, и души, и умы. И даже если ты находился уже не здесь, а где-то далеко, это не выветривалось никогда.
Девочка села за пианино и поняла, что из-под её пальцев могут выходить волшебные звуки, это было потрясение и счастье. Звуки переполняли её, рвались наружу. Восхищенная музыкой Петра Чайковского, подражая ему, Гульшат сама сочинила «Вальс грусти».
А потом — училище и институт искусств в Уфе. На выпускном экзамене в училище искусств Гульшат Зайнутдинова потрясла экзаменационную комиссию, исполнив труднейший Первый концерт для фортепиано с оркестром Сергея Прокофьева. Удивила всех, сделав выбор в пользу ансамблевого исполнительства. В институте искусств уже никто не сомневался, что Гульшат не остановится. И действительно, следующий виток — учеба в аспирантуре института имени Гнесиных (нынешняя Российская академия музыки), причём сразу по двум классам: камерного ансамбля и концертмейстерского мастерства. Параллельно — преподавание в родном институте. В Гнесинке её пестовала Евгения Михайловна Славинская, концертмейстер Большого театра, первая в СССР женщина-дирижер. И родная сестра Петра Михайловича Славинского, первого главного дирижера Башкирского театра оперы и балета. Вот вам связь времен, пересечение жизненных дорог.
1985 год. Учеба позади, любимая работа в родном институте в классе камерного ансамбля. Оказалось, что многогранность дарования и образования Гульшат очень востребована. Её обожали студенты, музыканты ценили её как партнера, она выступала в составе камерных ансамблей, композиторы доверяли ей первое исполнение новых сочинений.
Ещё в студенчестве Гульшат интересовалась джазом, музицировала для себя, ходила на концерты джазовых музыкантов, слушала, впитывала, накапливала.
И час настал. В 1992 году Гульшат Зайнутдинова исполнила «Рапсодию в стиле блюз» Джорджа Гершвина с духовым оркестром Уфимского авиационного училища летчиков под управлением Фарита Идрисова. Это было не просто событие в музыкальной жизни Уфы, это был взрыв, сенсация. И дерзкая, талантливая солистка, и все музыканты были на высоте. Но всеобщее восхищение вызвала, конечно, Гульшат.
Музыковед Лиля Тимиргазина, большой знаток джаза, написала в своей рецензии: «Признаться, впервые пришлось мне внимать в «Рапсодии» женскому «голосу» рояля. И слышанные стократ темы обрели чуть иную пластику и дыхание. Протяженность фраз, казалось бы, та же, но музыкальным временем внутри них и в моменты их «сцепления» в сольных эпизодах пианистка распоряжается по-своему. Сочетание ритмической свободы в сочинении джазовой стилистики с ощущением гармонии единого целого в этом исполнении — удивительно».
Через несколько лет в прессе появятся публикации о триумфе Гульшат в Бангкоке. К этому времени она уже сменила фамилию, её во всём поддерживал, вдохновлял Рустем Каримов, профессиональный музыкант, муж, друг, соратник, единомышленник. Как именно был покорен Бангкок, а потом и Милан — отдельный рассказ, не для юбилейного поздравления. Тянет уже на монографию. Кстати, давно пора. Музыковеды, ау!
Поскольку мы с Гульшат немало лет проработали в Башкирском театре оперы и балета, где она служила и служит концертмейстером вокала, мне легче рассказать об этой её ипостаси.
Профессия штучная. Каждый певец мечтает о хорошем концертмейстере. Но не каждый, даже хороший пианист может стать хорошим концерт­мейстером. Работать в классе, разучивать оперные партии, вести вечера камерной вокальной музыки… Нужно знать специфику вокала вообще и особенности голоса каждого подопечного. Быть и педагогом, и наставником, и дипломатом. И ещё другие качества необходимы. Говорят, Мария Калласс специально искала себе концертмейстера с терпением ангела, чтобы снова и снова, по сто раз проходить один и тот же пассаж.
И для молодых певцов очень важно начать певческую карьеру с опытным концертмейстером. Не раз цитировались слова Аскара Абдразакова о Гульшат Мунировне, но сегодня не грех повторить: «Это мой первый концертмейстер. С ней я начал творческую жизнь, за что ей благодарен и признателен. Она открывала для меня все новые и новые двери в музыкальный мир. Мне приятен ее огромный успех у зрителей, которых она по-прежнему радует своим мастерством, искусством…».
Однажды в Башкирской государственной филармонии примадонна Башкирской Оперы 1990‑х — начала 2000‑х годов Людмила Чекирова давала сольный концерт. Ей как раз присвоили почётное звание народной артистки Башкортостана. Гульшат Каримова — концертмейстер, я — ведущая. Программа в двух отделениях архисложная. Смотрите сами:
в первом отделении — Аve Maria Баха-Гуно, «Канцона» Листа, романсы «Примирение», «День ли царит» Чайковского, «Не верь мне, друг», «Не пой, красавица», «О, не грусти!» Рахманинова, «О, если б грусть моя» Глиэра, «Ирис» Вольфа, заключительная сцена из оперы «Евгений Онегин», исполненная с Ямилем Абдульмановым. Второе отделение — полностью оперное, сложнейшие произведения мировой классики: ария Адриенны Лекуврёр из одноимённой оперы Чилеа, арии Леоноры, Амалии, Эболи из опер Верди «Сила судьбы», «Бал-маскарад», «Дон Карлос», арии Тоски и Манон из одноимённых опер Пуччини, ария Джоконды из одноимённой оперы Понкьелли, романс Сантуццы и дуэт с Туриду (Андреем Зараевым) из оперы Масканьи «Сельская честь». Даже неискушенному меломану понятно, что такое под силу только певице высочайшего класса. Но и высокопрофессиональному концертмейстеру. Потому что в вокально-фортепианном дуэте руководящая, направляющая, поддерживаяющая роль принадлежит ему. Это колоссальный труд, огромное нервное и эмоциональное напряжение. Как правило, публика этого не знает, всё остается, образно говоря, за кадром. Конечно, концертмейстер встает у рояля, кланяется, но лавры и букеты достаются, в основном, солисту.
В статье Лили Тимиргазиной меня восхитил красивый образ. В известном высказывании Роберта Шумана — «Имена наших женщин-композиторов можно свободно уместить на лепестке розы» — автор предлагает немножно посвоевольничать: заменить слово «композиторов» на «пианисток». Принимается? Тогда с удовольствием выводим на лепестке розы имя: «Гуль-шат Ка-ри-мо-ва». Браво!
Читайте нас в