Все новости
Театр
29 Октября 2019, 14:47

Как бесконечно жаль...

Премьерой спектакля «Старый дом» по пьесе Алексея Казанцева в постановке заслуженного деятеля искусств РФ и РБ М. И. Рабиновича открыл свой 158‑й театральный сезон Государственный академический русский драматический театр Республики Башкортостан.

Драматурга Алексея Казанцева, наряду с Виктором Славкиным, Людмилой Петрушевской, Людмилой Разумовской, Ниной Садур и другими, принято считать представителями «новой волны в драматургии». Вместе с Михаилом Рощиным он в 1993–1998 годах издавал журнал «Драматург». В 1998 году они вместе основали Центр драматургии и режиссуры — «некоммерческую антрепризу», как его тогда называли, — с намерением ставить современные пьесы силами молодых режиссёров. Там Алексей Казанцев до конца своей жизни был художественным руководителем. Широкую известность как драматург он приобрёл после постановки пьесы «Старый дом» (1976 г., Новый драматический театр в Москве, режиссёр В. Ланской). Впоследствии она была поставлена в более чем семидесяти театрах страны и стала одной из «легендарных» пьес 70‑х — 80‑х годов.
К драматургии Алексея Казанцева ГАРДТ РБ уже обращался в 1998 году, тогда это была пьеса «Бегущие странники». Но оказывается, что «Старый дом» могли поставить раньше. «Я пришёл с этой пьесой в театр в 1984 году, — рассказывает Михаил Исакович Рабинович. — Но её не пустили, худсовет принял другое произведение — «Пять романсов в старом доме», с которым я и дебютировал. Почему сейчас выбрал эту пьесу? Потому что все проблемы, которые были тогда, есть и сегодня, только в другой форме. Возможно, через призму тогдашнего времени нужно заглянуть в сегодняшний день, чтобы понять, где созидание, а где разрушение, где любовь, а где нелюбовь, и, вообще, что представляют собой любовь, предательство, равнодушие, извращённый взгляд на воспитание человека. И тогда, и сейчас у людей был и остаётся шанс на счастливую жизнь, которым редко пользуются. Это человечность, любовь, понимание человека».
И действительно, давно не появлялось на наших сценических подмостках прочтение, сделанное столь внятно и человечно, правдиво и без нарочитых режиссёрских выкрутасов.
Когда говорят «в заглавной роли», имеют в виду героя или героиню, чьим именем назван спектакль. В данном случае в заглавной роли — сам старый дом, с изумительной реалистичностью, даже натуралистичностью, как говорит режиссёр, высящийся на сцене (художник-постановщик Вячеслав Виданов). Дом, вид которого сразу пробуждает симпатию, вызывает флёр ностальгии. Со львом на фронтоне (что потом будет пересекаться с фразой «Лев Толстой ходил по этим комнатам»), осыпающейся колоннадой, проржавевшими узорчатыми воротами, лавочкой с неизменными бабушками и парой многолетних деревьев.
«У нас необычное оформления спектакля, чем я, можно сказать, горжусь. Достойный плод работы наших цехов, — говорит режиссёр-постановщик. — Это действительно трёхэтажный дом. В нём можно жить. Семь часов потребовалось на его монтировку, и, возможно, столько же, если не больше, нужно будет, чтобы разобрать».
Дымка то ли воспоминаний, то ли от сжигаемых по весне листьев окутывает сцену в первом действии. Двенадцать лет спустя (во втором действии), эта пелена сойдёт, дом явится в суровой наготе, беззащитным перед грядущим неизбежным сносом. И время действия другое — осень. Недаром говорят, что каждое место обладает своим духом, воздействующим на людей. Не этот ли таинственный гений места диктует и новым, и старым жильцам уютных комнат повторять одни и те же фразы, делать одни и те же дела, хотя проходит немало времени с момента их первого произнесения, совершения?
Очень честно, через мельчайшие житейские подробности показана мизерная разница между бытом жильцов во время действия начала пьесы, а это середина 60‑х. Вот интеллигентная семья Крыловых: мама Таисия Петровна (засл. артистка РФ Татьяна Калачева), отец Павел Иванович (нар. артист РБ Валерий Гриньков) и оканчивающий школу сын Олег (Антон Болдырев). Не столь интеллигентные Глебовы, глава семейства которого Максим Ферапонтович (засл. артист РФ, нар. артист РБ Владимир Латыпов‑Догадов, Евгений Гуралевич) — злобный пьяница, избивающий жену Зинаиду Семеновну (нар. артистка РБ Ирина Агашкова) и спаивающий малолетнего сына Витьку (Вадим Магасумов). Его дочь Саша (Дарья Толканева) вопреки воле отца влюблена в Олега и хочет поступать в театральный институт. В этом же доме обитают пикантная образованная красавица Юлия Михайловна (засл. артистка РБ Татьяна Григорьева) и безобидный лектор общества «Знание» Игорь Сергеевич (Иван Овчинников). А ещё чудовищный сосед-стукач Петр Кузьмич Рязаев, безупречно сыгранный в разном возрасте народным артистом РБ Олегом Шумиловым и заслуженным артистом РБ Николаем Рихтером.
У каждого из жильцов в комнатах висят разве что разные картинки на стенах да у кого-то книг больше, а так — те же столы, покрытые аутентичными скатертями, перины да подушечки на кроватях с панцирной сеткой. В коридоре — обшарпанные стены, мощные батареи, чтобы прогреть старинный дом, ведро с водой, кружка для питья. Неоднократно упоминаемые места общего пользования, в которых туалет от ванной отделён дощатой перегородкой, так что «ни вздохнуть, ни охнуть». И, конечно, таинственный чердак, обустроенный юными влюблёнными, где они будут так бесцеремонно застуканы, и это перечеркнёт их жизнь навсегда, заставит на долгие годы покинуть дом.
Временами история напоминает нашумевший в 60‑х фильм «А если это любовь?». Тогда впервые честно был поднят вопрос о том, как общество из «лучших побуждений» способно сломать зарождающееся чувство. И там, и здесь герои спустя время, встречаются и хотя несут в себе ещё не до конца утраченные чувства, не способны подняться над прошлым, будучи морально сломленными. Они никого не винят в своей судьбе, прощают и даже жалеют тех людей, по вине которых это произошло. Потому что — не чужие.
Хотя в спектакле нет обобщений типа «такое было время, наследие сталинизма, поэтому столько лжи, умалчиваний, ненависти», тем не менее, мы понимаем, что этот старый дом — модель нашего общества, так и не сделавшего глубоких выводов из своей истории.
Олега, через двенадцать лет вернувшегося на несколько дней домой, и Сашу, приехавшую тоже ненадолго и волшебным образом совпавшую с ним, дом обманчиво заманивает в прежние дни радостной юности. Теперь, в середине 70‑х, герои выглядят иначе, модно одеты (художник по костюмам Ольга Гусак). Однако в реальность больно возвращают факты: у каждого из прежних жильцов, включая его мать и отца,  своя жизнь. Одни счастливы: мать нашла некоего «застенчивого» Николая Ивановича (Владимир Кузин), которого она так же заботливо, как прежде отца, снаряжает на работу. Отец же, которого отъезд сына сподвиг уйти в другую семью, воспитывает взрослую дочь. Семейное счастье обрела и Юлия Михайловна. Даже мать Саши, ухаживающая за больным мужем, получает возможность вздохнуть и «увидеть мир». Показательно, как она перед походом в кинотеатр достаёт безбожно тесные белые туфли, скорее всего, оставшиеся ещё со свадьбы. И Пётр Кузьмич, с помощью «праведного гнева» завладевший комнатой для своей дочери Оли (Ольга Лукьянова, Анастасия Манина), нашёл себе молодуху и всерьёз намерен ещё «плодиться и размножаться».
Лишь младшее поколение, которому, казалось бы, везде была дорога, прозябает и тонет. Внешне всё у них удачно: ставшая талантливой актрисой Саша уже получила звание заслуженной артистки и третьим браком замужем за модным драматургом, пишущим для неё роли. Олег, переехавший в Новосибирск, работает, время от времени встречается с разными женщинами… Но, по большому счету, каждый из них одинок и в недоумении от скоротечности жизни. Финальная сцена, проходящая в зябком дворике, где, словно эманация дома, появляется дворничиха тетя Настя (нар. артистка РБ Светлана Акимова), решена в чеховском духе. Когда мало внешних проявлений эмоций, но много чувств и… ничего не поправить. «Ты меня любишь?», — настойчиво спрашивают герои спектакля. И им отвечают, что любят: кто — искренне, а кто — машинально, чтобы отвязаться. И все пойманы в ловушку этой настоящей или мнимой любви. И зависает в голове любимая песня беспутного Максима Ферапонтовича: «Мне бесконечно жаль своих несбывшихся мечтаний, и только боль воспоминаний гнетёт меня…».