Все новости
Театр
22 Ноября , 09:19

Блудный сын

Премьерой драмы «Старший сын» по пьесе Александра Вампилова открыл свой юбилейный, 160‑й сезон Государственный академический русский драматический театр РБ.

Блудный сын

Автор — Элла Молочковецкая

 

Премьерой драмы «Старший сын» по пьесе Александра Вампилова открыл свой юбилейный, 160‑й сезон Государственный академический русский драматический театр РБ.

Режиссер-постановщик Иван Миневцев, выпускник РАТИ и Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств, несмотря на очевидную молодость, уже является лауреатом нескольких весомых премий. Работавшая с ним художник-постановщик Александра Новосёлова, окончившая факультет сценографии РАТИ-ГИТИСа (мастерскую Сергея Бархина), также зарекомендовала себя и как сценограф, и как художник, и как иллюстратор.
Авторы спектакля не претендуют на тщательную и такую модную в последнее время ретрореконструкцию. Достаточно несколько выверенных примет времени, и на сцене отчётливо считывается 1966 год. Хотя многие из сидящих в зале знают об этом периоде исхода хрущевской «оттепели» с переходом в брежневский «застой» понаслышке, многие видели фильм Виталия Мельникова с Евгением Леоновым и Николаем Караченцовым. Однако фильм был создан в 1975‑м и уже нёс на себе неизгладимый оттенок атмосферы общего уныния 70‑х.
А в спектакле Русской драмы — всё ещё звенящие и возвышенные интонации оттепели, что помогает нам принять игровой характер постановки и приближает её жанр к изначально заявленной драматургом комедии. Однако это комедия высокая, сродни чеховскому «Вишневому саду». Среди выразительных средств — лёгкая кинематографичность в расстановке и «замирании» мизансцен, отчетливые паузы; контровой свет, резко выделяющий персонажей.
«Приподнятость» рисунков роли заставляет актёров, скорее, играть в своих персонажей, чем быть ими. Хороший темп позволяет донести коллизию, как это принято в жанровых постановках, показав быстро сменяющийся калейдоскоп эмоций: от полного отчаяния до экстатической радости. Кто, как не «сумасшедшая» семья Сарафановых, подходит для этого лучше всех? Их камертон — глава семьи Андрей Григорьевич Сарафанов (Олег Сальцын). Высокий, нестарый еще мужчина с нежной душой и прекрасным сердцем. Особенно это кажется удивительным, когда он вспоминает о своём военном прошлом. Именно из-за службы в артиллерии, повлёкшей за собой проблемы со слухом, талантливый музыкант не смог достойно реализовать себя. А мягкий характер приводит и вовсе к прозябанию. «Ну и что такого?» — сердито шепчет сочувствующий главному герою сосед в зале, когда раскрывается, что Сарафанов уже полгода не играет в оркестре, подрабатывая в парках культуры и играя на своем кларнете на похоронах. Действительно, то, что в 60‑е считалось позором для серьезного музыканта, сейчас воспринимается вполне нормально — человек имеет право содержать свою семью любыми способами.
Но наш герой плотно «припаян» к своему времени, а потому, хоть и исподволь, использует все средства, чтобы душа оставалась по-детски чистой. Режиссёр делает акцент на том, что Сарафанов серьёзно болен и ощущает себя немощным, отсюда и его острые реакции на возможный отъезд детей, ощущение себя лишним, нежелание даже думать о переезде вслед за ними. Потому-то никогда не суждено быть оконченной его оратории «Все люди — братья», о которой с блеском в глазах он рассказывает внезапно объявившемуся «старшему сыну». А сама тема сына, двадцать лет пропадавшего неизвестно где, является ничем иным, как парафразом притчи о блудном сыне.
В чёрном кабинете сценического пространства умещается сразу три места действия. По центру — приподнятый с дальнего угла квадратный подиум — квартира Сарафановых. Слева — уходящие вдаль опоры освещения. Справа — балкончик, куда выходит покурить и пообщаться с поклонниками роскошная секретарь суда Наталья Макарская (Анна Бурмистрова). А также вполне традиционная лавочка во дворе. Буквально, по одной детали от каждой точки действия. На площадке квартиры Сарафановых поочередно воцаряются то кровать с панцирной сеткой, то стол, окруженный грядой табуреток. Одно неловкое движение — и поползёт вниз уроненная подушка с трогательной вышивкой или брошенная гитара, или скинутые тесные туфли.
Вторгаясь в чужую семью, Владимир Бусыгин (Антон Болдырев) и его непутевый друг Сильва (Александр Степанов), как известно, руководствуются нехитрым предлогом — погреться в тёплой квартире. Проводив отчаянно храбрящихся пригородных девушек (Анна Коренько, Анастасия Маниназа) и натолкнувшись на однозначный отпор, они опаздывают на последнюю электричку. Можно ли представить себе сейчас, в наше эгоистически-глухое время, что кто-то всерьез будет надеяться, будто их впустят ночью в дом? Но наши герои все еще исполнены веры в человеческое милосердие.
На самом деле, пока смутная для самого Владимира причина — своеобразная месть лишённого отцовского присутствия сына: привести в смятение человека, которого он подозревает в прелюбодеянии. Этот подспудный поступок моралиста приводит к растущему час от часу чувству ответственности за этих чужих по крови, но родных по духу людей. И, конечно, моментально вспыхнувшая любовь к Нине Сарафановой (Дарья Филиппова), — самой ответственной, рано уставшей от заботы об отце и брате, до поры до времени не подозревающей, что и она принадлежит к той же «блаженной» породе прекраснодушных людей. Появление «старшего брата» включает в ней искру интереса к жизни, убирает излишний серьёз и жёсткость.
Совсем из другого «теста» сделаны Сильва и Макарская, сразу определившие друг в друге родственные души. Эти прагматики и циники хорошо знают, чего хотят и чего не желают от жизни. Что не помешает, однако, Наталье до слёз позавидовать счастливо воссоединившейся семье Сарафановых в финале спектакля.
Чужеродным выглядит и младший сын Сарафанова Васенька (Илья Ященко) — жлобоватый паренек с окраин. Неуравновешенный подросток, который, не получая желаемое, сразу ударяется в истерику или деструктивные действия, также вполне свойственен этому веку. Совсем пришлым кажется жених Нины Михаил Кудимов (Антон Костин). Слишком яркий в своей форме лётчик, с бутылкой шампанского и букетом цветов, он чёртиком из табакерки вскакивает в действие, и сразу становится понятно, что склонное к сплочению семейство скоро выдавит его из своих рядов.
«У себя в театре я никогда не стал бы ставить пьесу «Старший сын», — рассказывает в одном из интервью постановщик Иван Миневцев, главный режиссёр Челябинского молодежного театра, — по одной простой причине:  нет человека, который может сыграть Сарафанова. А в Уфе, при знакомстве с труппой, я увидел народного артиста РБ Олега Шумилова и понял, что именно он соответствует моим представлениям о главном герое. Мы сейчас живем в сложное время, и, к сожалению, Олег Александрович заболел. Нужно было до его выздоровления срочно искать замену. Прекрасно показался Олег Сальцын, и я увидел очень хорошего, но другого Сарафанова. Смыслы, которые были заложены в спектакле, кардинально изменились. Всё понятно — и почему от него ушла жена, и почему называет его «блаженным», но видится это всё совсем с другого ракурса. Все замотивировано, но на других значениях. В моем опыте такое было впервые: меняется артист, — и трансформируются смысловые точки всего спектакля. На мой взгляд, это чудо! Пьеса дает колоссальную возможность для актёрской выразительности, и ваша прекрасная, крепко сбитая труппа показала себя с лучшей стороны, каждый проявил себя как профессионал».

Автор:Любовь Нечаева