Танец – больше, чем работа!

Среди тех, кого в числе первых пригласили в балетную группу, оказался Алексей Ермаков, уровень мастерства которого сложно было не оценить. За его плечами уже был серьёзный опыт работы во многих профессиональных коллективах и проектах.

Алексей сразу стал одним из лидеров большой разношёрстной команды «балетников» Русского театра, активно занят в репертуаре, а сегодня ещё и работает репетитором по балету. Требовательный к себе и к партнёрам, досконально знающий каждый спектакль, он отрабатывает с танцорами порой непростые пластические номера, вводит на роли новых исполнителей, объясняет специфику драматического искусства и этику театра.

…Свой первый танец — лезгинку! — он станцевал на импровизированной сцене детского сада. Бабушка надела на внука черную рубашку, подпоясала широким ремнем, а дядя вручил ему кобуру от охотничьего ножа — образ темпераментного горца покорил зрителей, удивлявшихся потом, откуда в этом деревенском мальчишке такое чувство ритма, гордая стать, умение ходить «на пальцах». «Наверное, я что-то подсмотрел по телевизору и запомнил движения. Специально этому меня, конечно же, никто не учил», — вспоминает Алексей.

Умение всё схватывать на лету оценила в нём и приехавшая на практику в сельский Дом культуры студентка Башкирского республиканского колледжа культуры и искусства Людмила Гребенникова. Она-то и подсказала талантливому участнику танцевального кружка, заканчивавшему одиннадцатый класс, пойти учиться хореографии. Для вступительных испытаний подготовили небольшой номер — русский танец. И надо же было такому случиться, что перед самым началом экзамена отключили электричество: как танцевать без музыки? Помог счастливый случай — одним из членов приемной комиссии был замечательный баянист, который так лихо подыграл волновавшемуся абитуриенту, что это только добавило куража и творческого азарта.

Поначалу Алексей с завистью и смущением поглядывал на своих однокурсников: многие уже танцевали в именитых самодеятельных коллективах, хорошо знали и башкирскую дробь, и народные танцы. Однако в скором времени он уже стал солистом ансамбля «Акбузат». Мудрым, опытным педагогом и наставником начинающего свой путь танцовщика здесь был мастер народной хореографии, заслуженный работник культуры Республики Башкортостан Ралиф Сафиуллин.

А после техникума Алексей поступил в Самарскую государственную академию культуры на курс выдающего педагога-хореографа, заслуженного деятеля искусств РФ, профессора Геннадия Власенко. Сразу он был принят в состав ансамбля «Волжские узоры», получив возможность на практике постигать всё, чему учили мастера. Важными были и уроки педагога-репетитора Анатолия Хохлова, чьи методы и советы Алексей Ермаков применяет в своей работе сегодня: «Именно здесь во мне заложили понимание, что танец — это не только техника. Танец несет смысл, мысль. В парном танце можно ведь руку девушке по-разному подать: кто-то улыбнется, кто-то скромно подойдет — через такие детали и передается характер».

После выпуска Алексей целый год проработал в Русском национальном балете «Кострома»: быстро выучил всю программу, участвовал в сольном концерте в знаменитом Концертном зале «Россия», гастролировал в Германии и Японии. Но ностальгия по дому вновь привела его в Уфу — здесь его с радостью приняли в ансамбль песни и танца «Мирас», а позже пригласили в Государственный академический ансамбль народного танца имени Файзи Гаскарова.

Большой, насыщенный, яркий пласт жизни Алексея Ермакова был связан с шоу-индустрией — клубы «Проспект» и «А‑кафе» в начале 2000‑х годов пользовались невероятной популярностью, и придумывать для них шоу-программы было делом новым и увлекательным. «Ночная жизнь — особенная, — делится Алексей. — Там свой ритм, своя атмосфера. Она очень сильно затягивает, и сейчас я иногда по ней скучаю. Мама, конечно, переживала из-за моего рабочего графика, и однажды она услышала о кастинге в «Голубую камею». Во многом из-за нее я, ничего не загадывая, отправился в театр». И задержался здесь надолго!

Драматическая сцена диктует свои законы. «У каждого из постановщиков, с которыми сотрудничает театр, есть свой подход. За эти годы удалось поработать со многими известными российским хореографами — всех даже не перечислить! Запомнился спектакль «Любовь — книга золотая», который мы делали с Николаем Реутовым. В работе над рок-оперой «Белый конь. Златая птица» Александр Пепеляев использовал свои приемы — порой, казалось, замудренные, но абсолютно всё было наполнено смыслом. Андрей Заостровский, который работал над водевилем «Вредный элемент», выстраивал пластический рисунок через психологию. На проекте «Желтое солнце Ван Гога» познакомились с Альбертом Альбертсом — он учил нас слушать свое тело, и через это рождались сценические образы. А столько энергии в Валерии Архипове! Ни на репетициях «Метели», ни на «Барышне-крестьянке» он никогда не сидел в зале — всегда на сцене, всегда заряжен идеями! Это очень мотивирует. Очень интересно работать с профессионалами, которые владеют профессиональной лексикой, а не просто философствуют».

Помимо танцевальных партий в театре Алексею Ермакову стали доверять и небольшие драматические роли. Сначала это был Офицер в «Голубой камее», потом Человек в чёрном в спектакле «К звездам». В «Метели» он играет корнета Дравина, а в «Барышне-крестьянке» — Мишеля.

— В каждом концерте у танцовщика есть момент — «трюк», к которому он готовится особо — внутренне собирается, чтобы исполнить его чисто — будь то прыжок или необычная поддержка. Вот те несколько текстовых реплик, которые есть у меня в спектаклях, — это, наверное, для меня самые сложные «трюки». Репетировать с Михаилом Исаковичем Рабиновичем было невероятно интересно. Он гениально показывал всё. И я запоминал каждую деталь, каждую интонацию. По сей день перед каждым показом произношу текст по многу раз, и всё равно волнуюсь, понимая, что мой голос не поставлен так, как у артистов. Это колоссальная ответственность, — говорит Алексей. — Сцена вообще обязывает ко многому. На ней нельзя быть расслабленным, выключенным из процесса. Даже если ты занят только в танце, даже если у тебя большие паузы, когда, кажется, все зрительское внимание направлено на других, ты всё равно должен быть наполненным.

Сейчас, работая репетитором по балету и одновременно участвуя в спектаклях, Алексей внимательно наблюдает за балетной группой, требуя от коллег максимальной концентрации. Не делает он скидок и занятым в танцевальных номерах артистам драматическим, к каждому подбирая свои особые «ключи».

Есть на профессиональном счету Алексея Ермакова и несколько спектаклей, где он выступает хореографом-постановщиком, вместе с режиссерами выстраивая пластику и организуя сценическое пространство.

Театр плотно вошёл в личную жизни Алексея, ведь его супругой стала актриса театра Юлия Тоненко. «На репетиции спектакля «Любовь — книга золотая» наблюдал за ней из-за кулис, а потом вдруг взглянул в её большие красивые глаза и..!» Театральная семья — особая стезя, но умение слышать и поддерживать друг друга всегда помогают преодолевать сложности.

«Моя жизнь по сей день — это танец. Но век танцора короткий, а театр открывает мне новые творческие пути!»