С его именем в сердце

Для народного артиста РСФСР, народного артиста БАССР Михаила Кондратьева главным в жизни стал образ Владимира Ильича Ленина. Он играл его на сценах сразу нескольких театров, в разные годы обращавшихся к драматургическим произведениям Николая Погодина, Александра Штейна, Алексея Каплера. Создал он образ Ленина и в кинофильмах — «Вихри враждебные», «Они были первыми», «По путёвке Ленина».

Но при этом он не остался «заложником» одной роли — на сцене Русского драматического театра Уфы он сыграл много ярких ролей, став одним из любимых актёров своего поколения, был талантливым преподавателем в Башкирском театрально-художественном училище и Уфимском государственном институте искусств. В нынешнем году исполняется 120 лет со дня рождения этого выдающегося актёра.

Михаил Леонидович родился 24 декабря 1905 года в Перми. Позже семья переехала в Казань, где в 1924 году Михаил Леонидович окончил школу второй ступени. Сначала он работал учеником на Казанском сургучно-мыловаренном заводе, потом стал помощником мастера. Эти факты биографии говорят нам о признаках времени, когда необходимость получить практическую профессию часто шла впереди мечты.

Однако желание стать артистом привело Михаила Кондратьева на курсы Главполитпросвета. В 1927 году он окончил Театральную студию при Большом драматическом театре им. А. В. Луначарского в Казани.

Михаил Кондратьев работал актёром в театрах Смоленска, Тулы, Горького, Барнаула и других городов. В 1939 году со своей супругой — замечательной актрисой Верой Васильевной Гарчёвой, покорявшей зрителей и коллег своим мастерством и благородством сценического языка, они приехали в Уфу, где с небольшим перерывом служили сцене Русского драматического театра несколько десятков лет.

Уфимская театральная Лениниана началась 7 ноября 1937 года — тогда коллектив представил зрителям спектакль по пьесе Константина Тренёва «На берегу Невы».

Это был не просто жанр, а особая эстетика, подчиненная строгому идеологическому канону. Наряду с монументальными бронзовыми изваяниями и хрестоматийными, шаблонными чертами характера вождя часто художниками предпринимались попытки разглядеть за мифом живого человека, проследить те удивительные трансформации, которые образ Ленина переживал вместе с тем, как менялась страна.
Для Михаила Кондратьева знакомство с первой своей ролью Владимира Ильича состоялось 15 ноября 1940 года.

В этот год многие крупные театры страны обратились к пьесам, где главным действующим лицом был Ленин. Уфимский коллектив выбрал для работы пьесу Николая Погодина «Кремлёвские куранты».
Когда Михаил Петрович Смелков, бывший тогда главным режиссёром театра, вызвал к себе Михаила Кондратьева и сообщил, что решено доверить эту важную роль именно ему, то, помимо радости, актёр ощутил, конечно же, и невероятную ответственность. В архиве театра сохранился уникальный документ — воспоминания Михаила Леонидовича о работе над ролью. «Придя домой, я стал читать пьесу вслух. Всё было хорошо, но когда подошли слова Владимира Ильича, я не мог произнести не слова. Как же приступить к работе? И смогу ли я, ведь я так мало знаю о Ленине…»

Понимая эти сомнения, руководство театра организовало для актёра командировку в Москву, где Кондратьев много часов и дней провёл в Музее В. И. Ленина и Музее Революции. И дело здесь было не только в образе вождя, отношение к которому в тот момент было, безусловно, патетичным. Таков был подход к работе над образом: знать о своём герое всё! Михаил Леонидович просматривал кинохроники, читал труды самого Ленина и вспоминания о нём современников — Надежды Крупской, Владимира Бонч-Бруевича, Николая Семашко. Но больше всего как человеку театральному ему помогли тексты Горького: «… наблюдательный художник слова, он ярко и убедительно сумел показать в сжатой форме образ Ленина, давая пищу моей творческой фантазии».

4 февраля 1941 года состоялась долгожданная премьера спектакля, после которой многие рецензенты и простые зрители отмечали, что это был успех. «Михаилу Кондратьеву удалось достигнуть не только близкого портретного сходства, но и большого внутреннего наполнения образа».

Когда началась Великая Отечественная война, Михаил Леонидович стал участником театральной бригады, которая много выступала с концертами в госпиталях и на предприятиях. А с фрагментами пьесы Николая Погодина «Человек с ружьём» актёр даже побывал в частях действующей армии 2‑го Прибалтийского флота. Есть старый фотоснимок, где старший лейтенант И. Гришак благодарит Кондратьева от имени воинов за талантливое исполнение.
Ещё не раз предстояло Михаилу Кондратьеву встретиться на театральных подмостках с образом вождя. После войны в театре была поставлена новая редакция пьесы «Кремлёвские куранты», где зрители отметили стремление артиста охватить как можно больше характерных примет ленинского образа: «ленинский смех жизнерадостный, свободный и победный, лукавый и зарази­тельный раздаётся со сцены. Ленинскую убеждённость, страстность мы слышим в голосе актёра». Через два года Кондратьев сыграл Ленина в пьесе Алексея Каплера «Грозовой год», которую режиссёр Сергей Крутов поставил как героическую драму.

В содружестве с уфимским драматургом Сергеем Волковым-Кривушей Русский театр создал спектакль «С его именем в сердце». А о постановке «Н. Ульянов» и об игре в нем Михаила Леонидовича писал даже известный московский журнал «Театр»: «В работе Кондратьева привлекают удивительная энергичность, активность, действенность. От всей фигуры, жестов, походки веет неподдельной живостью, обаянием. Актёру удаётся показать процесс рождения мысли Ильича». И, наконец, в спектакле «Между ливнями» по пьесе Александра Штейна, поставленном режиссёром Борисом Лурье в ноябре 1965 года, «Кондратьев на долгие минуты приковывал зрителей к волнующим сценам ленинских раздумий».
Мы видим, что на протяжении двадцати лет Михаил Леонидович напряжённо работал над этим образом, представленном каждый раз в новых обстоятельствах — от масштабного, монументального прочтения роли он приходил к «зонам тишины», искал и уточнял детали, добивался максимальной погруженности.

Его приглашали играть Ленина в разные театры страны. В личном архиве Михаила Леонидовича сохранились програм­мки из Барнаула и Ульяновска: пьеса «Человек с ружьём» в 50‑е годы была одним из самых популярных драматических произведений, и, конечно же, у многих коллективов было желание поставить её на своей сцене. Вполне возможно, что не в каждой труппе был актёр, который бы мог сыграть такую большую и сложную роль. Тогда-то и приглашали проверенных временем «мэтров».

Но Михаил Леонидович не почивал на лаврах. В 50–60-е годы он был занят в репертуаре театра очень плотно. Его актёрская палитра была определена эпохой. Он играл мощные характеры, создавал сложные образы классического репертуара. В его ролях прослеживается интерес к сильным, часто противоречивым личностям, будь то лермонтовский Казарин или шолоховский дед Щукарь.
В 1954 году актёр сыграл заглавную роль в спектакле «Егор Булычов и другие», создав образ человека, находящегося в точке перелома: он живёт не только на грани жизни и смерти, но и на сломе эпох. Его Булычов, купец и предприниматель, — символ кризиса и распада старого мира, частью которого он был, но который в конце жизни начинает ненавидеть и отвергать. Его крик в финале спектакля, когда он пытается вскочить на ноги, был отчаянной, но тщетной попыткой восстать против собственной судьбы и судьбы своего класса.

Была в его творческой судьбе и встреча с Александром Николаевичем Островским. Когда в 1959 году главный режиссёр театра Николай Ульянов обратился к «Грозе», на роль Дикого он выбрал именно Кондратьева — за его внутреннюю мощь и умение работать «выразительно и крупно».

Рассказывают, что Кондратьев был ярким, темпераментным Яго в шекспировской трагедии «Отелло»: его сила заключалась в умении находить человеческие, почти бытовые корни в творимом им зле. Это был человек трезвого, расчётливого ума, который не кипел яростью, а холодно и расчётливо добивался своей цели.

С большим профессионализмом работал Михаил Кондратьев и в спектаклях по современным произведениям. В пьесах Виктора Сергеевича Розова он играл Ивана Никитича Лапшина («В поисках радости»), Илью Григорьевич Салова («В день свадьбы»), создавая характеры «целые, глубокие, справедливые, привлекающие своей сердечностью и чистотой».

Михаил Леонидович умел находить точные, колоритные черты для каждого образа — будь это герои советских пьес или персонажи башкирской драматургии Мустая Карима, Кадыра Даяна, Асхата Мирзагитова и многих других.
Совсем немного не дожил Михаил Леонидович Кондратьев до своего 80‑летнего юбилея — он скончался в сентябре 1984 года. И имя его навсегда останется в сердцах благодарных зрителей.