НА РАСПУТЬЕ ВОЙНЫ

Жанр пьесы Атнабаев обозначил как «Народная драма. Три перевала в пути» и посвятил ее памяти отца, погибшего в Великой Отечественной войне. Свою пьесу автор прочитал в театре на заседании худсовета еще 10.09.1984, тогда же получил единогласное одобрение для постановки. Сдача спектакля состоялась 16.03.1985. После просмотра развернулось обсуждение членами худсовета с участием министра культуры БАССР В. Даутова, председателя Союза писателей БАССР драматурга А. Мирзагитова, драматурга И. Абдуллина и театрального критика С. Саитова. Мирзагитов признался, что спектакль его глубоко взволновал: «В некоторых местах я не сдержался, проронил слезу. Я дважды прочёл эту пьесу и давно её одобрил. Получилось монументально, можно так сказать». Саитов отозвался восхищенно: «Этот спектакль останется в памяти театральной культуры республики. Я пережил очень сильное чувство, причём два: рациональное и эмоциональное». Спектакль был участником фестиваля театров БАССР, посвященного 40‑летию Победы, проходившего под девизом «Ради жизни на земле» (1–7 апреля 1985 г.).

Действие пьесы происходит на севере Башкирии в 1942 г. в течение четырех дней: 26–29 апреля. В деревне, откуда ушли на фронт почти все мужчины, остались старики, женщины и дети. До сева — считанные дни, а семян не хватает. Выделенные государством семена находятся на станции. Однако транспорт отсутствует, дороги разбиты весенней распутицей, вода в реке Ари скоро поднимется. Колхозное руководство принимает единственно возможное решение — принести мешки с зерном на собственных плечах. Три группы по 25 человек должны сходить по три раза, чтобы успеть до половодья. На первый взгляд, этот сюжетный ход не содержит в себе особой новизны. Как верно замечает театровед Г. Арсланов, «…и само событие, положенное в основу произведения — доставка зерна со станции, и изображение ситуации в колхозе весной первого года войны не являются новыми для литературы и искусства». Однако ценность драмы, по мысли критика, заключается не в самих событиях, а в том, «как эти события отражаются в человеческих характерах, судьбах, в их настоящем и будущем» (газета «Совет Башкортостаны». 21.07.1985). Дорога на станцию и обратно, становится не просто физическим путём, а путём духовного становления, проверкой на человечность, местом, где обнажаются подлинные ценности каждого героя истории.

Литературовед Р. Ахмадиев в своей книге «Конфликты, жанры, характеры» (Уфа, 2009 г.) подчёркивает, что композиция данной пьесы оригинальна именно тем, что «основная идея — духовное единство раскрывается не привычным для зрителя образом, а в пути, во время поездки на станцию за посевным зерном». Автор отказывается от камерного конфликта, замыкающегося вокруг одного героя или одного события. Эпический размах достигается за счёт чередования массовых сцен и камерных диалогов, а также разных мест действия: деревенская площадь, дорога, берег ручья, речная переправа. Ощущение, что перед зрителем не частная история, а судьба целой страны, создаётся, в том числе, и регулярными сводками с фронта от Сов­информбюро, включёнными в ход действия.

Оригинальной считалась сценография спектакля. Художник предложил единую конструкцию — большой станок, разделённый на несколько уровней, с различными входами-выходами. Это позволило, не прерывая действия, с необходимой динамикой вести повествование. Сцена, состоящая из отдельных эпизодов, обрела на подмостках свою кинематографическую пространственную логику. Чередование камерных сцен с массовыми, использование авансцены и верхних площадок создавало эффект киномонтажа, позволяя зрителю охватить взглядом всю картину жизни сельчан. С ним соглашается рецензент С. Сафуанов, замечая, что спектакль близок по духу к советскому фильму, снятому по эпопее А. Серафимовича «Железный поток» (1967 г.): здесь так же показано, как людской поток, преодолевая внутренние раздоры и противоречия, становится единым и побеждает. Он подчёркивает, что режиссёр поставил произведение в жанре народной драмы, и такой характер достигается, прежде всего, постоянным нахождением на сцене всех участников и акцентом на массовых сценах. «Несколько раз повторяющиеся «тридцатиминутные привалы», а также сцены шествия вереницей по длинной извилистой дороге — все это создает ту самую народную драму. Кажется, что на сцене движется сам народ, и вся его мощь, тяжёлая ноша, взваленная на его плечи, сутолока, рождённая разнообразием характеров, и дополнительные противоречия, порождаемые людьми с дурным нравом, — всё это воплощает народную массу как живой и сложный организм» (газета «Кызыл тан». 30.3.1985 г.; перевод с татарского языка А. Балгазиной).

Центральная фигура спектакля — Парторг (арт. О. Ханов) — обобщённый образ коммуниста (без имени), для которого судьба страны и победа стали смыслом жизни. «Ему 35 лет, но он весь седой», — характеризует его автор. Исполнение роли Парторга Олегом Хановым, по мнению критиков, отличалось сдержанностью, скупостью на слова и движения, но при этом было наполнено огромной внутренней силой. В образе Парторга есть и глубоко личная, трагическая нота. Он вынужден отказаться от чувства, которое зарождается между ним и девушкой Айнур (арт. Э. Юнусова). Парторг: «Полюбив, не хочу делать тебя несчастной». Айнур: «Любовь не может приносить несчастья». Парторг: «Моя любовь — несчастье. Потому что я — человек, приговорённый к смерти. У меня возле сердца бродит пуля. Завтра, а может сегодня, в любую минуту, секунду она может задеть сердце, и тогда ты останешься одна. Мне нельзя любить». Этот диалог обнажает внутреннюю драму героя: он готов отдать все силы борьбе за общее дело, но отказывает себе в праве на личное счастье. Именно эта самоотверженность и становится причиной его гибели. В финале спектакля, когда Ахметша (арт. И. Юмагулов) стремясь опорочить Парторга, угрозами принуждает Зубайду (арт. Н. Ирсаева) пустить среди людей слух, будто Парторг обесчестил и бросил её, Парторг не выдерживает оскорбления. Он пытается ответить на клевету, но резкий сердечный приступ валит его с ног — пуля, затаившаяся у сердца, делает своё дело. Смерть Парторга становится кульминацией конфликта между нравственной чистотой и подлостью, между общественным долгом и личной выгодой, и в этом смысле его гибель воспринимается не просто как физическая кончина, но как жертва, принесённая на алтарь правды и победы. Сафуанов подчёркивает, что противостояние Парторга и Ахметши, «пусть и через эпизодические ситуации, на глазах у зрителя сгущается, развивается и доходит до своей конечной точки».

Старшее поколение представлено в спектакле образом Акбабая (арт. Х. Кудашев). Для него, как и для Парторга, «судьба страны неотделима от его собственной судьбы». Особого внимания заслуживает галерея женских образов. По наблюдению Ахмадиева: «Их думы, душевные переживания писатель показал с помощью сцен парных диалогов, представляющих собой драму в драме». Трогательный женский образ Амины создала актриса З. Атнабаева, Амина живет ожиданиями писем мужа с фронта. Именно в этих письмах — источник её надежды. Надежда становится духовной скрепой, объединяющей женщин. Карима (арт. Р. Каримова), получившая похоронку, не теряет надежды, а Мастура (арт. А. Дильмухаметова) признаётся: «Одной этой надеждой и живём. Если бы не надежда, давно бы уж человеческий-то облик потеряли». Среди других запоминающихся женских ролей — Сара Исаковна в исполнении Г. Мубаряковой, эвакуированная из Ленинграда учительница иностранного языка и выделяющаяся среди всех своей интеллигентностью. Мастерски был решён и образ Зубайды (арт. Н. Ирсаева) — женщины, не выдержавшей одиночества и вставшей на путь измены, а затем ставшей орудием в руках подлеца Ахметши. Ирсаева убедительно передала не только драму своей героини, но и её радость, удовлетворённость жизнью в первых сценах, и ярко, выпукло — её переживания в финальных сценах (попытка самоубийства). Антипод Парторга — Ахметша. Это крепкий мужик, уклонившийся от призыва на фронт: он нанёс себе рану на ноге и обрабатывает ее едким табачным соком, чтобы она не зажила. До Парторга он возглавлял колхозную партячейку. Поэтому его подлый замысел — оклеветать Парторга и приводит к гибели героя, что делает Ахметшу не просто мелким интриганом, но и косвенным убийцей. Актер Юмагулов, по мнению Сафуанова, играл этого злодея: «… без лишнего преувеличения, умело, реалистично».

Как следует из материалов о постановке, его создатели предложили зрителю сложный, многослойный и эмоционально насыщенный спектакль, пронизанный мыслью, что дорога, по которой идут герои, становится для зрителя дорогой к собственному пониманию истории и самого себя.