Благословите детей и зверей

«Есть много хороших пьес о войне. Не буду перечислять, среди них и «Рядовые», и «В списках не значился». И у нас неплохих спектаклей немало, например, «Синяя-синяя речка». Но мы решили обратиться к свежему взгляду из XXI века, чтобы пьеса была написана совсем недавно», — рассказывает Мусалим Георгиевич.

Чтобы рассказ об умирающем от дистрофии мальчике не был совсем уж непереносимо безысходным, режиссёр-постановщик создал особый мир фантазий Лёньки (Владислав Нурисламов) о жизни в жаркой недосягаемой Африке с помощью излюбленного им приёма «театр в театре». Или, как это он сам назвает, «раёк». Конечно, имеется в виду форма народного театра. Но в это слово можно вложить и более глубокий смысл. Это маленький рай, в котором уморительные и трогательные, почти мультяшные Мартышка (Зарема Абакачева/Эвелина Завричко), Жираф (заслуженный артист РБ Дмитрий Гусев/Загир Яруллин), Лев (народный артист РБ Салават Нурисламов) и Акула (заслуженная артистка РФ Людмила Воротникова/народная артистка РБ Ольга Мусина) в окружении пальм благоденствуют себе, пока не находят в затерянной в море бутылке письмо от Лёньки из далёкого Ленинграда. И тогда они берутся за спасение этого маленького мальчика. А по дороге им встретятся трудности и всевозможные препятствия, которые они, конечно же, в итоге преодолеют.

Параллельно с двух краёв сцены располагаются реальные миры: застылая квартира, где обитают Лёнька и его мама (народная артистка РБ Александра Комарова). Туда заходит девочка Оля (Элина Гусева), и с её помощью хотя бы ненадолго обстановка наполняется жизнью. Оля и её мама (заслуженная артистка РБ Лада Николаева) — переселенцы из разбомблённого дома. Они почти не видят друг друга, потому что мама сутками работает в Институте растениеводства. Вместе с соратником (А. Я. Молибога — Асхат Накиев) она совершает ежедневный тихий подвиг истинных подвижников. История о том, как учёные из Всесоюзного института растениеводства Н. И. Вавилова сохранили ценнейшие материалы всех видов зерна, сами умирая от голода, но не позволив себе даже притронуться к драгоценному собранию, довольно известна. И из неё драматург вывела продолжение о том, как на один миг настоящий кокос выполнил самое страстное желание Лёньки — прикоснуться к желанной Африке.

«Здесь очень необычный взгляд на ту великую вой­ну — история глазами детей, — комментирует Мусалим Кульбаев. — Да, воины погибают, но больше всего страдают те, кто не виноват в развязывании конфликтов: дети, женщины и старики».

В таких историях, как эта, самое важное — сохранить эмоциональный баланс, не скатиться в слезливость и жалостливость. Поэтому взрослые персонажи здесь изо всех сил стараются говорить ровно, давая своим детям надежду на счастливый исход. Однако внутри у них почти реально слышен бесконечный воющий крик от окружающего ужаса. А дети — что ж, они остаются детьми. Хотя не по годам повзрослевшая Оля с поседевшей после авианалёта прядкой волос настолько мудра и добра, что способна поддержать даже взрослых.

Лёнька же держит в руках свою заветную тетрадку с нарисованой жизнью. Она настолько детально выписала ребячьим почерком, наполнена рисунками, что её можно выставлять на выставке. Так же, как и вручную отделанные «звериными» принтами и вставками костюмы африканских героев. Художник Наталья Белова (Санкт-Петербург) умудрилась на совсем небольшом пространстве Камерной сцены создать три места действия: не условные, а вполне бытовые — в изображении квартиры и кабинета, и радосто-фантазийные — в выдуманной Африке. «У нас старинная история творческих взаимоотношений, — продолжает Мусалим Кульбаев о сотрудничестве с Натальей Беловой. — Мы делали вместе и «Планету», и «Три мушкетёра». Просто, когда я чувствую, что здесь нужна рука Беловой, я обращаюсь к ней».

«Спектакль совершенно потрясающий! Режиссура, сценография, костюмы, актёрская игра — всё выше всяких похвал! Ни одной фальшивой ноты, погружение с первой секунды. Безумно благодарна театру за филигранную работу!», — так отозвалась автор пьесы московский драматург Малика Икрамова о премьере в Молодёжном театре. О себе она рассказывает так: «Родилась и живу в Москве, окончила факультет Вычислительной математики и кибернетики МГУ им. М. В. Ломоносова с красным дипломом. Первую пьесу написала примерно в 2008 году. И, к моему удивлению, она сразу же победила на драматургическом конкурсе «Премьера.txt». На сегодняшний день у меня уже больше двадцати пьес (точно не считала), пять из них воплощены в постановках профессиональных театров Москвы, Волгограда, Новосибирска, Пензы, Томска, Краснодара, Мурманска и многих других городов. Многие разошлись по народным театрам по всей стране. Некоторые коллективы присылают мне записи спектаклей, с некоторыми руководителями театров мы дружим и общаемся. И я действительно горжусь тем, что меня играют там — ведь их выбор материала не зависит ни от указаний сверху, ни от планов. Они вольны в выборе и берут только то, что им действительно нравится. И пьесы, и спектакли, конечно, участвуют в конкурсах. Среди драматургических конкурсов — «Время драмы», «Премьера», «Маленькая премьера»; конкурсы, проводимые СТД РФ, и многие другие.

Спектакли дважды были на фестивале, проводимом ТЮЗом имени Брянцева в Санкт-Петербурге. Один спектакль вошел в лонг-лист «Золотой маски».

Автор пьесы «Спасите Лёньку!» ответила на несколько вопросов, возникших после просмотра спектакля.

— Мы живём сейчас в такое время, когда больше трогают не вымышленные, а реальные истории. Скажите, при написании пьесы вы опирались на реальные истории блокадников‑ленинградцев?

— Да, вы совершенно правы. Работая над историческим или биографическим материалом, я всегда стараюсь тщательно придерживаться фактов. Тем более что, как известно, в жизни происходят такие вещи, что никакая фантазия не в состоянии выдумать.

В пьесе упоминаются реально жившие сотрудники Института растениеводства, и даже смерть одного из них — Щукина совпадает с его действительной датой кончины.

Дом, в котором жила Оля, тоже существовал. Про него писала Ольга Берггольц. Авиационная бомба пробила лестничные проемы насквозь и не взорвалась. И именно так, как Оля с мамой, спаслись жители одной из квартир этого дома. Это их воспоминания звучат в рассказе Оли.

Школа, учитель, дети, происшествия в школе — это тоже всё из воспоминаний блокадников. Я сохранила имена реально живших людей — поэтому в пьесе так много Александров. Конечно, можно было бы дать им другие имена, но мне хотелось, чтобы хоть так мы, потомки, могли воздать должное их памяти.

— Не секрет, что среди множества спектаклей, создаваемых к 80‑летию Победы, есть немало, имеющих чисто конъюнктурный характер. Как вам удалось написать произведение, показывающее героизм людей негромко, искренне, правдиво?

— Это очень трудно… Видите ли, живу я не на доходы от литературной деятельности, многие годы я работала на фондовом рынке в весьма солидной должности и с приличным окладом. Поэтому я могу позволить себе писать то, что мне интересно, во что я верю. И уж, конечно, не сообразуясь с датами и юбилейными событиями.

— Как любой драматург, вы, наверное, переживаете за то, каким получится спектакль? Вы как-то вмешивались в процесс постановки?

— Это — да! Всегда! Хороший режиссёр может вытянуть даже плохую пьесу, а плохой может зарезать хорошую. Мне, к счастью, по большей части везло. Влиять на процесс не приходилось. Хотя мне всегда был невероятно интересен процесс работы над спектаклем, особенно начальная стадия этой работы, когда из хаоса появляется нечто, меня на репетиции режиссеры не пускали. В советское время и раньше автор чуть ли не обязан был присутствовать на репетиционном процессе, но сейчас эта традиция ушла. Конечно, этому есть объяснение — некоторые режиссёры говорили мне, что именно начальный процесс репетиции — дело очень интимное, когда выстраиваются внутренние связи между актёрами, между актёром и режиссёром, и здесь любой лишний человек, даже автор, может быть помехой. Вот когда процесс наладится, тогда уже можно присоединиться к работе. Но я продолжаю надеяться.