Победа над тьмой

«Тьма египетская» — не просто инсценировка рассказов Михаила Афанасьевича Булгакова из цикла «Записки юного врача», а настоящее философское высказывание на тему жизни и смерти, гуманизма и образования, с одной стороны, и непросвещенности и дикой дремучести, с другой. Театр кукол, как никакой другой, способен деликатно, через символы и метафоры говорить о сложных, «взрослых» темах, минуя жесткий реализм. Режиссер Елена Котихина, приняв участие в театральной лаборатории, в которой удачно представила произведение Булгакова «Полотенце с петухом», получила возможность полноценной репертуарной постановки. Для спектакля режиссёр выбрала несколько рассказов из сборника «Записки юного врача» после того, как автор инсценировки Екатерина Гилева рабочим названием предложила «Тьму египетскую». За достаточно сжатый репетиционный период создатели и исполнители спектакля научились говорить на одном языке: «Чтобы увлечь зрителя, нужно сначала самому «заболеть» материалом, идеей, темой, потом заразить артистов, а потом уже всем вместе затянуть в эту «эпидемию» зрителей», — так охарактеризовала работу над спектаклем режиссёр Елена Котихина. И любой зритель может теперь убедиться, что у Башкирского театра кукол всё задуманное получилось.

Главному герою спектакля — молодому Доктору сопереживаешь с первых минут появления на сцене. Юноше, только что окончившему институт, прибывшему на службу из столицы в сельскую больницу, в далёкую глушь, где нет ни дорог, ни электричества, никаких признаков цивилизации, пришлось включиться в борьбу не только с собственными страхами и сомнениями, но также с невежеством и предрассудками местных жителей — той самой пресловутой «тьмой египетской», а также преодолеть первоначальное недоверие медицинского персонала.

В спектакле куклой Доктора руководят артисты Башкирского государственного театра кукол Василий Вольский и Александр Верхоземский. Персонаж у них вышел живым, невероятно человечным, внятным. Его мучительные сомнения, внутренняя борьба с самим собой, неуверенность, присущая любому мыслящему человеку, транслируется столь достоверно, что забываешь, что на сцене — кукла (художник по куклам Аниса Туманшина). В начале движения Доктора неуверенные, дёрганые, постепенно становятся слаженней, мучительное раздвоение личности исчезает, перед нами — цельная натура.

Приезжий доктор — новичок, чужак, из разряда «хилых интеллигентов». Таким и в деревне, и в больнице не доверяют, проверяют на прочность. Его предшественника — легендарного доктора Леопольда Леопольдовича здесь уважали и любили так сильно, что были уверены: никто не способен его заменить.

В спектакле тонко сохранена и передана тёплая ирония Михаила Булгакова к молодому доктору, списанному с самого автора, который хорошо знал, о чем писал. Этот юный герой, пытаясь спасти каждого пациента, вынужден, преодолевая страх, принимать мгновенные, порой рискованные решения, то ошибаясь, то побеждая, таким образом приобретая бесценный профессиональный и человеческий опыт.

После нескольких медицинских манипуляций, убедившись в искреннем желании доктора спасать чужие жизни, персонал больницы — Фельдшер (Эмиль Латыпов), Акушерки (Светлана Имамутдинова, Гузель Мухамедьянова) и кухарка Аксинья (Илюза Мухитова) — проникаются доверием и симпатией к его стараниям, начинают нежно о нём заботиться, облегчая тяжелый быт.

Сценография художника-постановщика Ирины Уколовой лаконична и объяснимо сурова. Деревянные конструкции и разбросанные по сцене чёрные комья земли погружают зрителя в мрачную атмосферу заброшенного места, в которое угодил со своим наивным энтузиазмом молодой доктор. Сосредоточенные на фигуре врача лучи художника по свету Елены Древалевой топят остальное пространство во тьме и тумане. В голове неопытного Доктора поначалу тоже сплошной туман, который раз за разом рассеивается, и отнюдь не с помощью учебника, ведь даже с банальным вывихом теория справиться не поможет — только практика. Преодолеть панический страх молодому врачу помогают чёткий ритуал и больничный персонал: мытьё рук, подготовка медицинских инструментов и пр.

Аккомпанирует свету в спектакле музыкальное оформление. Оно решено композитором спектакля Александрой Костыревой. В «Тьме египетской» очень уместно звучит также музыка Шарля Гуно, любимого композитора Михаила Афанасьевича. Эмоциональное воздействие некоторых сцен в сопровождении света и музыки, придуманных режиссёром и художником Ириной Уколовой, оказывается особенно сильным и надолго врезается в память. Например, в инсценировке рассказа «Стальное горло», где Доктор героически спасает умирающую от дифтерии девочку, когда больное горло забивается пленками, мешающими ребенку дышать, символически, но очень наглядно представлено, как доктор отчаянно решается на рискованную трахеотомию, ибо «промедление смерти подобно». Он вставляет металлическую трубку, ассистенты ахают, родственники в ужасе, а мужественный доктор в последний момент успевает вырвать девочку из ледяных лап смерти. Огромная конструкция в виде цилиндра из стальной проволоки, загроможденная бело-серыми лохматыми тряпками. Доктор борется с этими «дифтерийными пленками», разрывая их, высвобождая дыхание. Успех операции обозначен ярким светом, побеждающим темноту, уходящую в бесконечность. «Мы с художницей Ириной Уколовой сразу понимали, что не пойдем простым путем. В театре кукол отрезать ногу у пациента — что может быть проще? Но мы искали образное решение. Мы фантазировали и сами иногда пугались своих фантазий. Очень часто в работе от меня можно услышать слова «эмпирическим путем». Мы пробовали многое непосредственно в процессе репетиций. То, что пациента не будет, а будет только сам больной орган, это мы придумали еще «дома», а вот какое будет это самое горло, это уже создавалось в театре во время репетиций. Мы искали это вместе», — вспоминает режиссёр Елена Котихина.

Чудо рождения — самый любимый, по словам режиссёра, эпизод в спектакле: «Сцена родов буквально рождалась на сцене. Моя идея с огромным шаром воспринималась скептически, но я была настойчива и убедила всех — и художника Ирину Уколову, и художника по свету Елену Древалеву, и артистов». В «Тьме египетской», одноименном со спектаклем рассказе, разрешение от родов передано через светящийся белый шар, скатывающийся по белому полотну из глухой тьмы через всю сцену прямо на руки Доктора. Победа над косностью (бабка-повитуха пыталась приманить младенца сахаром, забив роженице все родовые пути), появление на свет нового человека здорово воодушевляют: публика ахает в едином порыве.

В финале пройденных испытаний тьма окончательно рассеивается, Доктор теперь не только многое знает, но и умеет, и не боится сложных случаев, ведь для него и его верных помощников главное — очередная спасенная жизнь.
Спектакль доставляет зрителям немало переживаний, никого не оставляя равнодушным, а ведь именно за сильными эмоциями и стоит ходить в театр, а главное, что сильно утешает, — победа добра.