Живое слово длиною в жизнь

Ее путь в искусство начинался в атмосфере дерзких театральных экспериментов 1920‑х годов. Окончив 14‑ю трудовую школу в Ленинграде, она поступила в Институт живого слова. Это было уникальное учебное заведение, основанное в 1918 году актёром и театроведом Всеволодом Всеволодским-Гернгроссом, которое ставило перед собой амбициозную задачу: вернуть человеку живое слово. Здесь, в стенах института, где читали лекции Анатолий Луначарский, Николай Гумилев, Всеволод Мейерхольд, Борис Эйхенбаум, соединялись наука о речи и практика сценического искусства. Эта школа, впитавшая в себя лучшие традиции русского психологического театра и новаторские эксперименты со словом, и сформировала Марию Левитину как актрису.

После окончания института она попала в театральную студию Аркадия Орбелова. Он был для ленинградской сцены фигурой знаковой. Начинавший свою актёрскую жизнь под руководством самого Константина Сергеевича Станиславского во МХАТе, вместе с женой Марией Кастальской в 1929 году Аркадий Николаевич создал необычный театральный коллектив «Живая книга». Это был театр-книгоноша, как называли его сами создатели, где литературный материал должен был «заговорить» со сцены в свежей форме театрализованного рассказа — не инсценировки в привычном смысле, а именно живого, трепетного соприкосновения с автором и его героями.

В конце 20‑х — начале 30‑х годов Мария Левитина работала в театре Ленгубпросвета, а позже была приглашена в Ленинградский театр юного зрителя и в недавно созданный Театр «Стройка», выступавший как живая газета.
В 1936 году молодая, полная сил ленинградская актриса приехала в Уфу с важной и ответственной миссией — быть одним из организаторов Театра юного зрителя. И надо сказать, что на этой стезе Мария Наумовна добилась блестящих успехов. Сколько образов задорных мальчишек и девчонок создала она на сцене ТЮЗа — не счесть! Её кипучая энергия, обаяние и неиссякаемый темперамент как нельзя лучше подходили для работы с юным зрителем.
Однако с началом Великой Отечественной вой­ны творческий путь актрисы круто изменился: Управление по делам искусств перевело Левитину в труппу Русского драматического театра, где ей суждено было служить до самого ухода на заслуженный отдых.

Переход из ТЮЗа в «большой» драматический театр стал для Левитиной серьезным испытанием. Актрисе, привыкшей играть роли подростков, было нелегко поначалу утвердиться в характерных, а тем более масштабных драматических ролях. Нужно было много работать над собой, чтобы изменить походку, пластику, манеру держаться на сцене. Первой «взрослой» ролью Марии Наумовны стала Графиня-бабушка в «Горе от ума» А. С. Грибоедова. Глухая, почти выжившая из ума старуха Хрюмина, изрекающая свой окончательный приговор Чацкому — бусурман и вольтерьянец! — в исполнении Марии Левитиной запомнилась уфимскому зрителю своей безапелляционностью.

В годы войны актриса вела огромную военно-шефскую работу, была бригадиром фронтовой бригады, участвовала в сотнях концертов, играла на импровизированных подмостках отрывки из любимых спектаклей. Бойцы-уфимцы узнавали любимую исполнительницу, вспоминая её в увиденных в предвоенные годы ролях: Гани Семушкина из спектакля «Дом № 5» Исидора Штока, Жени Шавровой из драмы «Голубое и розовое» Александры Бруштейн, Серёжи из спектакля «Брат и сестра» Евгения Шварца. Узнавали ее улыбку, голос, большие выразительные глаза. За образцовое обслуживание частей Красной Армии на фронте и в тылу в 1943 году Мария Левитина была награждена Грамотой Верховного Совета БАССР. Её преданное служение театру и зрителям было отмечено и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. ».

Почти полторы сотни ролей сыграла актриса за свою творческую жизнь. Большая глава в творчестве Марии Левитиной связана с пьесами Александра Николаевича Островского. В комедии «Не было ни гроша да вдруг алтын» Мария Наумовна сыграла роль Домны Евстигнеевны Мигачевой, в спектакле «Не все коту масленица» — роль Дарьи Федосеевны Кругловой, найдя к каждой из этих героинь свои «ключи». С увлечением работала Левитина над ролью Феклуши в «Грозе». Эта странница, разносящая по городу Калинову тёмные слухи о «литовском разорении» и несправедливых судьях, в исполнении Марии Наумовны была не просто комической старухой, а живым воплощением того темного царства, той косности и невежества, против которых восставала Катерина. Её Феклуша смешила и пугала одновременно.

С неподдельным юмором играла актриса и другие роли в пьесах Островского, создавая запоминающиеся, сочные характеры. Её творческий диапазон был широк — от гротескно-сатирических персонажей до характерных героинь. В этих ролях раскрывался талант Марии Левитиной — умение находить в персонаже подлинную человеческую правду, наполнять комический образ живой душой и неподдельным обаянием.

Много ролей было сыграно ею и в спектаклях по пьесам М. Горького. Одним из главных образов стала Акулина Ивановна в «Мещанах». В спектакле она была не просто тенью своего мужа — Бессемёнова, каковой она хотел её видеть, а человеком, стремящимся внести весёлую струю в нудную жизнь мещанской семьи. Спектакль этот, поставленный Габдуллой Гилязевым в 1968 году, стал своеобразным «мостом», соединяющим актерские поколения: в нем наряду с мэтрами были заняты молодые, совсем недавно пришедшие в театр актёры Галина Мидзяева и Владимир Прибылов, которых хорошо знают и помнят сегодняшние зрители.

Мария Наумовна играла и еще в одном спектакле, который стал знаковым в творческой истории театра. Речь о романтической драме «Тансулпан» («Утренняя звезда») по пьесе Кадыра Даяна. Перевод этого произведения сделали известные советские поэты Михаил Дудин и Владимир Торопыгин, а сам спектакль 1957 года в постановке главного режиссёра театра Сергея Крутова стал одним из первых воплощений башкирской драматургии на сцене Русского театра. Мария Левитина сыграла в нем роль Гульбану, мать главной героини, убедительно раскрыв черты национального характера. Одним из первых рецензентов спектакля стал Мустай Карим, писавший, что «произведение башкирского драматурга на сцене русского театра, не теряя своего национального колорита, приобретает право на продолжение жизни в новом исполнении. Именно в новом, а не просто в другом. <…> Ансамбль спектакля увёл меня в глубь веков, к печалям и надеждам, к страданиям и мечтам предков. Вдохновение и такт, творческая интуиция и умение актёров перевоплощаться дали замечательные результаты: создан самобытный башкирский спектакль на русской сцене».
Глядя на список работ Марии Левитиной, своеобычной, неординарной актрисы, — а это и Маргарита Борисовна Подрезова в «Человеке в отставке» Анатолия Сафронова, и Махора в «Любови Яровой» Константина Тренёва, и Зобунова в «Егоре Булычёве» М. Горького, и Варвара в «Крыльях» Александра Корнейчука, и Дергачёва в «Персональном деле» Виктора Суглобова, и Клюка в «Угрюм-реке» Вячеслава Шишкова — понимаешь, с каким уважением и ответственностью относилась она к каждой, даже самой небольшой роли, какой вклад внесла в становление репертуара русского театра в годы войны и послевоенное время.

«Мне хочется, — говорила Мария Наумовна, — оставить за собой дорожку, чтобы зритель знал, откуда пришла моя героиня и куда уходит…»

Левитина была не только талантливой актрисой, но и активным общественным деятелем. Несколько лет подряд она избиралась секретарём партийной организации театра, много лет была уполномоченной Всероссийского театрального общества (ВТО). В 1961 году, после долгих лет безупречного служения театру, ей было присвоено почётное звание заслуженной артистки Башкирской АССР.

Более тридцати лет Мария Наумовна посвятила сцене Русского драматического театра. Созданные ею образы надолго остались в памяти зрителей. Она была одной из тех, кто составлял золотой фонд театра, кто своим талантом и беззаветным трудом формировал его лицо и традиции.