Все новости
Вернисаж
23 Апреля 2021, 14:03

Нить, ведущая в лабиринт

Его работам присуща своя структура. Образы появляются в переплетении ветвей, жердей, прядей волос, морщин на лицах, расходящихся по воде волн, и это делает его холсты узнаваемыми, наделяет их ритмом и таинственным звучанием.

Автор — Хайдар Кульбарисов

Когда б я уголь взял для высшей похвалы –
Для радости рисунка непреложной, –
Я б воздух расчертил на хитрые углы
И осторожно и тревожно.
Чтоб настоящее в чертах отозвалось,
В искусстве с дерзостью гранича,
Я б рассказал о том, кто сдвинул мира ось,
Ста сорока народов чтя обычай.
О. Мандельштам

Его работам присуща своя структура. Образы появляются в переплетении ветвей, жердей, прядей волос, морщин на лицах, расходящихся по воде волн, и это делает его холсты узнаваемыми, наделяет их ритмом и таинственным звучанием.
Никто не знает, как Амир Мазитов прядёт нити своих мыслей и чувств, как скручивает эти нити в фактурную витую тесьму замысла, из которой затем плетёт затейливую вязь эпоса. Да, эпоса… Даже небольшие по формату холсты Амира Минивалиевича почти всегда смотрятся монументально, им присущ и впрямь эпический размах.
Почти всегда его работы звучат загадочно. Поди догадайся, куда аксакал понёс «Большую рыбную клеть» и вообще, для чего существует рыбная клеть? Наверное, чтоб не улетела серебристая с порывом космического ветра, не выскользнула зодиакальной химерой, не рассыпалась по Млечному пути золотым песком, не упорхнула вольной мыслью, бодрой песней.
Что не поделили молодцы? Отстаивая какую правду, сплелись тела, вздулись мышцы, напряглись жилы? «Мужские забавы», — скажет кто-то, остановившись возле картины «Борьба» (серия «Притчи»). Но зритель, знакомый с творчеством Амира Мазитова, может и здесь разглядеть авторскую космогонию. Быть может, именно в этом единоборстве рождаются Земля и Небо.
В работе «Лики» (серия «Дорога») Амир Минивалиевич выстраивает собственную перспективу — не линейную и не воздушную, а образованную чередованием удаляющихся вдаль голов. Вольно или невольно художник воплотил в живописи метафору Осипа Мандельштама:
Уходят вдаль людских голов бугры:
Я уменьшаюсь там, меня уж не заметят,
Но в книгах ласковых и в играх детворы
Воскресну я сказать, что солнце светит.
В композиции «Тесто жизни» (цикл «Время») дородная женщина, фактурная и рельефная, сама будто выросшая из холмистого башкирского пейзажа, раскатывает скалкой степь, благоухающую на все лады, вобравшую всю палитру жизни, и вслед за движением скалки её распускаются цветы, разбегаются дороги, поднимаются табуны, распахиваются пологи юрт, чтобы вновь удивить отрока и поведать ему, из какого «сам он вылеплен теста».
В ту пору Урал, ещё не успевший совершить главных своих подвигов и стать легендарным батыром, уснул под сенью ветвей поваленного дерева. Его сны мерно покачивались на ветвях. Во снах к Уралу возвращались все его тревоги и заботы. Мир требует усовершенствования, и Уралу пора браться за дело (ох, кому-то тогда не поздоровится). Работу «Спящий юноша. Урал» отличают экспрессия и декоративность: временами возникает ощущение, что она тканая. Это произведение Амира Мазитова было по достоинству оценено на Межрегиональной триеннале современного изобразительного искусства «Лабиринт» с всероссийским и международным участием (г. Магнитогорск, 2019 год). После непродолжительного совещания компетентное жюри огласило, что первого места в номинации «Живопись» удостаивается работа «Спящий юноша. Урал».
Читайте нас в