С ЛЮБОВЬЮ К ЛОШАДИ

Конь для мужчины и спутник, и советчик.
Башкирская пословица

На выставке представлено множество техник, направлений и видов искусства — разнообразная живопись и графика, текстильные панно, керамика, гобелен. И это, конечно, лишь малая часть произведений, посвящённых лошади — среди наших пейзажистов, исторических и любых других художников не найдётся того, кто не отдал бы свою изобразительную дань этому поистине сакральному животному. Бренд «Башкирская лошадь» был запатентован в республике в 2023 году. Письменные упоминания о ней как о породе начинаются с XVII века. Башкирские тройки были хорошо известны на русских почтовых трактах Урала и Сибири тем, что в любую непогоду могли проходить огромные расстояния без кормления и отдыха. Военные подвиги нашей лошади, её хозяйственное значение, неоценимую помощь, которую обладающая особой статью «кудрявая горбоносая лошадка» необыкновенной силы и выносливости принесла людям в самые трудные периоды, внушают бесконечное уважение. Упряжная и верховая, вьючная и мясо-молочная (кумыс), «башкирка» представляет переходную ступень от степной к «лесной» и «горной» разновидности. Правнучка древних тарпанов, она сохранила первозданную «монголоидную» красоту, «зебровые» полоски на ногах, тёмный «ремень» вдоль спины и даже «крылья бабочки» на плечах — как не вспомнить крылатых коней Толпара и Акбузата из башкирского эпоса.

В советское время велась большая селекционная работа по сохранению породы. По воспоминаниям наших замечательных наездников, артистов Уфимского цирка, заслуженных артистов БАССР, лауреатов премии Г. Саляма Риммы и Мидхата Султангареевых, этот бренд развивался в республике давно. «В наших номерах наряду с верховыми конями участвовали три-четыре лошадки башкирской породы, для национального колорита. И в России и за рубежом люди очень интересовались именно ими, изумлялись их своеобразию. Мы рассказывали им об особенностях породы, о тебенёвке — добывании ими корма из-под снега, об их характере. Нрав у «башкирок» свободолюбивый, часто упрямый. Но мы их учили бегать по кругу, держать рысь, показывали особую первобытную элегантность этих «крепышей». Это была национальная гордость, изюминка нашего цирка».

Для художников лошадь представляет своего рода вызов. Совершенство их конституции, особая одухотворённость, вобравшая в себя, кажется, всё благородство человеческого духа, она нелегка для изображения. Силуэт её может придать благородство и «полёт» всему пейзажу, но также может и испортить любую картину, если нарисована неверно, зритель в этом вопросе очень придирчив. Поэтому похвальна смелость молодых художников, взявшихся за эту тему. Полные тишины и молчаливого понимания лошади Г. Мирхайдаровой; скульптурны и по-античному значительны лошади А. Уельдановой; гротескны на линогравюре А. Диваевой и в керамике Е. Репникой. Великолепен по пластике и экспрессии «Лучник» Г. Закировой. Многие участники, как и вышеперечисленные — из выпускников Уфимского государственного института искусств имени З. Исмагилова, такие как Руслан Магалимов, художник театра, ныне сам преподаватель института. Руслан отметил на открытии, что в преддверии Года Лошади нашему городу сделан отличный подарок, подчёркивающий духовную связь человека и лошади: «Воплощение мужского начала, «ир-ат», конь — олицетворение силы и уверенности в себе, мудрости и благородства — и на выставке в полной мере это показано». Светлана Лаптева, также выпускница УГИИ, ныне сотрудница БХМИ имени М. Нестерова, с детства увлекается лошадьми, свой человек на ипподроме. На её пастелях — «башкирка» в естественной среде обитания: вожак табуна на заснеженном поле отбивается от волков, кони на тебенёвке. Идеи почерпнула из собственных наблюдений в поездках и рассказов фермера Хасана Идиатуллина из Улу-Теляка, развивавшего коневодство в республике. Не остался в стороне от темы один из ветеранов нашей живописи, «горец» Абдулла Абдулатипов. На его картине «Мечта юного батыра» (2025) скакун над прекрасными горами — символ полёта воображения, восторга молодости, раздолья души.

Рашит Хабиров вписывает лошадей в осенний и весенний пейзаж, создавая особый гармонический строй. Мы помним его серию о лошадях ипподрома, здесь совсем другое настроение — умиротворение ранней осени или дразнящий ветерок марта. Игорь Тонконогий, ещё один мастер «конской» темы, в карандаше воссоздаёт ночную стоянку кочевников, передавая резкими штрихами тревогу и вой степного ветра. У Виталия Николаева в керамической композиции «Сенокос» стога — словно древние шлемы защиты маленькой фигурки коренастой лошади, везущей огромный воз сена. «Красные кони» Ильдара Гильманова — совершенство формы и условность локального цвета. На картине Рената Сербина несколько фатальное, мистическое движение табуна обратно в глубину веков, сквозь стены пещеры Шульган-таш. У каждого художника — своя лошадь, но есть одно большое чувство, объединяющее всех — это наша лошадь, о которой можно рассказывать бесконечно и словами и кистью, и всегда с большой любовью.