Николай Васильевич Турицын, художник и педагог

Кто-то из друзей сказал, что знает дочь Николая Васильевича. Так я познакомилась с самым знаменитым учеником своего папы. Кроме Домашникова, в числе его учеников был и Рашит Нурмухаметов (1925–1986), народный художник РСФСР.

Да, папа из того первого выпуска лучшего художественного вуза страны — Художественного института имени В. И. Сурикова. Его диплом — на огромном листе плотной гербовой бумаги, подписанный самим Игорем Эммануиловичем Грабарем, а также преподавателем графики Владимиром Андреевичем Фаворским, впоследствии тоже Народным художником СССР (1963), выдан в 1938 году. А до того вуза не было, хотя институт ведёт свою историю с 1830‑х гг. XIX века, когда в Москве было создано Училище живописи, ваяния и зодчества. В нем тогда учились, а затем преподавали виднейшие русские художники — москвичи А. К. Саврасов, В. Г. Перов, И. М. Прянишников, В. Д. Поленов, В. Е. Маковский, И. И. Левитан, С. А. и К. А. Коровины, А. Е. Архипов, С. В. Иванов, В. А. Серов. После революции училище было преобразовано (фактически уничтожено как высшее учебное заведение) во Вторые Свободные художественные мастерские, в 1920‑е — во ВХУТЕМАС, в 1926 — во ВХУТЕИН: «Долой картины — даёшь плакаты!». Грабарь настоял на преобразовании ВХУТЕИНа в Институт изобразительных искусств и в 1934 был назначен его директором.

Часть студентов, которые учились в единственном в Москве вузе, где можно было получить художественное образование — в Полиграфическом на издательском факультете, тогда исключили, а наиболее перспективных он сам лично отобрал для учёбы в новом вузе. В их числе был мой отец.

Говорил, что на вечерах в Политехническом слушал Маяковского, сам пробовал писать стихи. Поскольку в детстве и юношестве учился музыке, и довольно серьёзно — играл сонаты Бетховена, а дома был рояль, то это пригодилось в бедной рабфаковской и студенческой молодости: подрабатывал тапёром в немом кино. Был знаком с А. В. Луначарским, П. С. Керженцевым, так как по работе необходимо было обращаться в Комитет по делам искусств: работал в Москве в студенческие годы фотокорреспондентом ТАСС. Дипломная работа — картина «На ткацкой фабрике». Да, писал в добротном стиле социалистического реализма, а в каком другом позволено было писать? Супрематизмом баловались недолго. На распределении его спросили, куда бы он хотел поехать — в Ростов‑Дон или Уфу. Он выбрал Уфу из-за близости к родным местам: Урал! Он родом из старинного купеческого города Кунгура, что на юге Пермского края.

Родился папа 12 мая 1900 года в Кунгуре в семье купца второй гильдии, где получил хорошее домашнее образование: играл на рояле — он был в доме, сохранились фотографии, собрал хорошую библиотеку. Жили на улице Труда, 64. Там в большом дворе стояли три дома, принадлежавшие их семье, построенные как все тогдашние уральские дома — низ каменный, верх деревянный. Одним из его предков был Лаврентий Иванович Сартаков, на дочери которого женился Василий Турицын. Сартаковы и Турицыны — знаменитые уральские купеческие династии, известные с XVII века. Занимались кожевенным производством. Л. И. Сартаков был городским головой, на свои средства построил церковь, сделал всю отделку Кунгурской женской прогимназии. Конечно, после революции многих сослали, один брат погиб в ГУЛАГе, второй на фронте, папа избежал этой участи, так как рано уехал в Москву, поступил там на рабфак.

Почему сейчас в Уфе он мало известен? он поздно женился, но рано уехал из Уфы, оставив квартиру на Карла Маркса жене и жил один в Кунгуре. В тамошнем музее есть его картины. Там он писал на заказ такого рода картины, как «Выступление Калинина перед рабочими», «На кожевенном заводе», «Фрунзе и Чапаев»… Такие исторические многофигурные картины почти никто теперь не пишет: множество людей, среди них исторические персонажи, кони, пейзаж. Нужно выстроить композицию, придать движение фигурам. Да, писал на заказ, но это были государственные заказы, и их поручали самым лучшим художникам. Но много писал и для души: ходил на пленэр, писал пейзажи, помню и такой неожиданный сюжет: «Побег из монастыря». Даже вынужденно бросив дом, работу, столицу Башкирии, он не озлобился, переписывался с мамой, затем вернулся в Уфу, но был уже пенсионером, в Училище искусств работали другие люди, преподавал его бывший студент Рашит Мухаметбареевич Нурмухаметов, тоже впоследствии выпускник Художественного института имени Сурикова. Он стоит как раз позади педагога Турицына на коллективной фотографии в музее Училища искусств. По поводу званий. Их тогда давали очень редко. Нашему главному художнику среди уроженцев Уфы, Михаилу Васильевичу Нестерову, только к 80‑летию дали звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. А его сокурснику по Училищу живописи, ваяния и зодчества москвичу Василию Николаевичу Бакшееву — только к 90‑летию. В России надо жить долго… А Николай Васильевич умер рано, в 67 лет, 13 декабря 1967 года в больнице на Тукаева, простудившись уже там и получив еще и воспаление легких. Но успел подарить мне еще пять лет общения с интересным, всесторонне образованным талантливым человеком.