Воин с палитрой в руке

«Чтобы один раз ударить мечом, нужно носить его всю жизнь»
Японская пословица

«Моя жизнь — это орёл и решка, две стороны одной медали: одна из них — изобразительное, а другая — воинское искусство. Айкидо для меня — не только боевое искусство, но в первую очередь образ жизни. Опираясь на философские принципы айкидо, я получаю духовное развитие, которое выражается в моих картинах. Это одно целое, где требуется постоянная практика, без которой дальнейшее развитие невозможно», — утверждает художник.

Обширная выставка, расположившаяся в двух залах галереи, — лучшее тому подтверждение. Поразительно разнообразие сюжетов, жанров и художественных направлений, в каждом из которых художник раскрывается с новой неожиданной стороны. Живописные полотна, карандашная графика освещают темы, волнующие не только художника, но и всех, кто способен видеть прекрасное, и исполнены эти работы с высоким художественным мастерством и мощной внутренней силой. Темы истории, башкирских народных преданий («Урал-батыр», «Шонкар и Толпар», «Северные амуры», «Абдул-Насыр», «Семь девушек», другие работы) переплетаются с героической историей современности («Связь времён», «Я вернусь», «Продолжение») и органично сочетаются с темой малой родины, отображённой в лирических, напевных пейзажах и портретах простых сельчан.

Портретное искусство Гизитдинова — это тема для отдельного разговора. В его портретной галерее — Микеланджело и Модильяни, Мустай Карим и Омар Хайам, театральные деятели и безымянные герои, автопортрет. Достаточно сказать, что он — победитель международного конкурса «Лучший портрет-образ Владимира Семёновича Высоцкого». Три графические работы («Кони», «Купола», «Гамлет»), вызвавшие восторг у сына поэта Никиты, хранятся в культурном центре-музее «Дом Высоцкого на Таганке» с 2012 года. Тема отдельного разговора — женский портрет. Художник остро чувствует красоту женщины — её характер, пластику, душу, её святое предназначение. Женские образы разнообразны и значительны, выраженные в графике и живописи («Башкирская красавица», «Башкирка», «Сестра милосердия», «Снайпер», «Я рисую тебя», другие работы). Причём образы различны по исполнению — от фотографически реалистичных до абстрактных и «модильянистых», с некоторой долей иронии и особой стилизацией («Альбизаз», «Девушка-игра»). Возможно, это тема для будущей отдельной выставки, посвящённой Женщине.

Наряду с реалистическими картинами художник представил целую серию абстракций («Баланс», «Свет тени», «Медитация», другие работы). Они действительно притягательно медитативны и свидетельствуют о непрерывных поисках художника в области стилистики, «золотого сечения» в искусстве. Несколько слов о натюрмортах. В них не только достигается гиперреалистическое сходство с объектами натуры, но заложен большой символический смысл («Зарок», «Хлеб и вино. Пресуществление», «Спички художника», где простая керосиновая лампа — словно обелиск служению творцу). Отношение к цвету у Гизитдинова трепетное, предельно деликатное, далёкое от буйства красок, но сдержанная, гармоничная палитра обладает таинственной, идущей изнутри экспрессией. Некоторые картины напоминают артефакты, которые хочется потрогать рукой, — «Враги народа», «Посылка из Японии», «Книга». Картина «неПризнанный художник» решена остроумно и также символично — написана на обратной стороне холста, где видны гвозди и углы подрамника. «Это как не признанный при жизни поэт, не видный другим тяжёлый путь художника, идущего к цели», — поясняет автор.

Как мы видим, художник в постоянном поиске, всегда в пути: «Мне нравится всё. Нужно пробовать себя во всём. Так научила меня философия воинских искусств — нужно уметь делать всё». Пословица самураев — «если не знаешь, что делать, сделай шаг вперёд». Звучит парадоксально, но «кодекс бусидо» очевидно помог Зуфару Равиловичу ещё в одной грандиозной работе, куда он бесстрашно ушёл с головой, не имея раньше подобного опыта, — и победил. Его роспись учалинского храма в честь иконы Божьей матери Скоропослушницы от плафона до пола невыразимо прекрасна и вызывает поистине священный трепет совершенством и милосердной строгостью ликов, полётом невесомых одежд, общим гуманистическим настроем. На эту благотворительную работу, сделанную в одиночку и требовавшую от художника физической выносливости, духовного огня, точнейшего глаза и многих других качеств, ушло шесть лет. «Я и забыл, что это труд, просто испытывал большую внутреннюю радость». Не иначе как высшие горние силы помогали ему в работе.

Выставка в уфимской галерее — лишь небольшая часть его художественного «айсберга». В арсенале Гизитдинова есть и японская серия, и патриотическая, и театральная. Надеемся познакомиться поближе со всеми. И к кому, как не к нему относится ещё одно японское изречение: «Кто готов трудиться, исполнится мудрости независимо от достоинств и недостатков, данных природой». Воин с палитрой в руке продолжает своё восхождение к совершенству.