Все новости
Новости
20 Февраля 2022, 13:25

«МЫ ВСЕ НЕМНОГО ДЕТИ»

«Одной любви музыка уступает, но и любовь – мелодия». Опять эти пушкинские слова неотвратимо приходят в голову, когда слушаешь Антона Павловского и Рустама Шайхутдинова. Открывая несколькими словами концерт 4 января 2022 года в Органном зале Башкирской филармонии, Рустам интонировал именно «в поле любви». Этим чувством оказались пронизаны все сочинения, прозвучавшие в той программе, все анонсы и отзывы на прошедший вечер. Обе песни Рихарда Штрауса – «Ich trage meine Minne» («Я ношу свою Минне с блаженством молча в своем сердце и в своем уме…») и «Zueignung» («Преданность») – о любви (можно почитать, как страстно, без памяти композитор любил свою жену). Наш Антон какое-то время назад переложил эти песни для виолончели и фортепиано, они ждали своего времени… И виолончельная соната того же Штрауса, написанная, когда автору было 17 лет, – дань романтизму «мендельсоновских» чувствований.

«МЫ ВСЕ НЕМНОГО ДЕТИ»
«МЫ ВСЕ НЕМНОГО ДЕТИ»

Автор — Светлана Платонова

 

«Одной любви музыка уступает, но и любовь – мелодия». Опять эти пушкинские слова неотвратимо приходят в голову, когда слушаешь Антона Павловского и Рустама Шайхутдинова. Открывая несколькими словами концерт 4 января 2022 года в Органном зале Башкирской филармонии, Рустам интонировал именно «в поле любви». Этим чувством оказались пронизаны все сочинения, прозвучавшие в той программе, все анонсы и отзывы на прошедший вечер. Обе песни Рихарда Штрауса – «Ich trage meine Minne» («Я ношу свою Минне с блаженством молча в своем сердце и в своем уме…») и «Zueignung» («Преданность») – о любви (можно почитать, как страстно, без памяти композитор любил свою жену). Наш Антон какое-то время назад переложил эти песни для виолончели и фортепиано, они ждали своего времени… И виолончельная соната того же Штрауса, написанная, когда автору было 17 лет, – дань романтизму «мендельсоновских» чувствований.

Бородинская Соната для виолончели и фортепиано родилась в немецком городе Гейдельберге, где будущий великий химик, во время усовершенствования в европейских лабораториях, повстречал свою будущую супругу пианистку Екатерину Протопопову (он впоследствии написал знаменитый лиричнейший «Ноктюрн» Второго квартета и делился с женой — «это в память о нашем первом гейдельбергском любовном признании»). Соната — редко исполняемое сочинение (была по каким-то черновикам Александра Бородина окончена Михаилом Гольдштейном) — была также и данью любви автора «Князя Игоря» к творчеству несравненного предшественника всех полифонистов — Иоганна Себастьяна Баха: именно тема одной известной его скрипичной фуги, как прочный фундамент, легла в основу мелодики всего виолончельного опуса. Пришедшей на камерный концерт публике баховский вариант, в плане просвещения, сыграл скрипач Алексей Воронин (спасибо ему!) — и сразу стало слышно, как талантливо русский автор «перечувствовал» немецкий оригинал на российский, русский манер.
«Русская песня» (или «Песня Параши») из оперы Игоря Стравинского «Мавра» по пушкинскому «Домику в Коломне», переложенная для виолончели и фортепиано, повествует с грациозным изяществом и неизбывным юмором — тоже о страсти — дворянской девицы, когда она «уж неделю не видалась» со своим «объектом»… («Друг мой милый, красно солнышко моё, Сокол ясный, сизокрылый мой орёл, Уж неделю не видалась я с тобой»)… Игру акцентов, масштабов, ладовых оттенков в великолепном исполнении нашего дуэта зал вкушал, как и все номера программы, мне показалось, как аромат дорогих духов…
И как осмелились Антон и Рустам дать на бис (!) подряд пьесы антагонистов Александра Скрябина и Сергея Рахманинова? Оказалось, в романтическом выражении любовных чувств, представленных нам в «Романсе» Скрябина и Аndante Рахманинова (III часть виолончельно-фортепианной Сонаты) — как близки эти два русских гения! Одному юному виолончелисту, ученику Марка Афанасьева, из всей программы больше всего пришёлся по душе именно Скрябин, а в плане тембровой краски, пронизывающей атмосферу Камерного зала, — мягкость звука виолончели. На сайте филармонии автору этих строк повстречался отклик, описывающий родство обликов самих исполнителей: со-чувственность творческих индивидуальностей, таинственность единящей их обоих рождественской сказочности…
Зал был отнюдь не «профессиональным» (сужу по аплодисментам между частями циклических произведений), в то же время — как бы заранее сердечно открытым навстречу любимым «прославленным землякам» (эти слова как лейтмотив «сияли» в Нете)… Наполненность эмоциями в момент окончания всей программы — «не расплескать!» — побудила некоторых горячих поклонников сберегать тепло, влившееся в сердце со сцены, и без суеты дежурных поздравлений отправиться домой — «дочувствовать»…
Такой концерт именно «обречён» был на разговор. Опытный оратор Рустам и осваивавший разговорный жанр Антон лишили событие вовсе не необходимых констатаций — регалий, наград, званий, должностей. Не за это мы их любим… Отсутствие «официоза» тоже было «в стиле» события… Все согласились, что рассказы Антона о произведениях очень помогали восприятию. Один момент. Действительно, зал дружно засмеялся, когда Антон без запинки отрапортовал всё (!) о Бородине-химике — и о его «химической» диссертации, и о веществах-альдегидах, и об открытых им реакциях несходных элементов и соединений…
Предвзятые знакомцы констатировали: как изменился Рустам! Как взаимодействовал со своим инструментом Антон! (что имели в виду?). Но правы все те, кто услышал тонкое обоюдно дополняющее единение дуэта, не побоимся выразиться словами Святослава Рихтера — дуэта, «созревшего до гениальности»… Авторитетное мнение многих: и композитора Ильдара Хисамутдинова, и педагогов Марка Афанасьева, и Михаила Кочурова (перед бисовой пьесой Рахманинова их попросили подняться и подарили им самые сильные овации), и дирижёра Валерия Платонова — высокий профессионализм, мастерство, красота человеческой зрелости талантливых музыкантов побуждает ждать их Музыки с неудовлетворимой надеждой. Может, эти ощущения любви скрыты в самом пути к данному концерту? Вот слова Рустама: «Все музыканты — немного дети, и первый концерт наступившего нового года — всегда особенное событие. Возможность сыграть концерт в родном городе в стенах Башкирской государственной филармонии — это для нас особые ощущения, особая удача. Я хочу поблагодарить за это мою многолетнюю коллегу по кафедре специального фортепиано Уфимского института искусств, ныне министра культуры Амину Шафикову», — сказал он, завершая вступление. И уместно будет вослед, обобщая настроения слушателей, привести комментарий самого министра культуры Башкортостана Амины Ивниевны Шафиковой (с сайта «Башинформ»): «Очень достойный концерт с серьёзной программой. Все мы, кто сейчас в зале, многие годы наблюдали творческий рост двух наших земляков‑музыкантов, которые сегодня преподают в ведущих творческих вузах Москвы. Получилось такое хорошее творческое начало 2022 года. Замечательные ребята, которыми мы гордимся, была большая радость их сегодня услышать. Надеемся, что увидим их выступления ещё не раз».

«МЫ ВСЕ НЕМНОГО ДЕТИ»
«МЫ ВСЕ НЕМНОГО ДЕТИ»
Автор:Любовь Нечаева
Читайте нас в