Все новости
Новости
26 Февраля 2023, 00:31

ДВА БАБАЯ. Разговор на фоне фотовыставки

То, что Национальный музей Республики Башкортостан является крупнейшим музеем Башкортостана, знает, пожалуй, каждый. В его выставочных залах представлены памятники археологии, истории, этнографии башкирского и других народов республики. Но музей, как известно, святилище муз, а музы всегда питали слабость к художникам. Вот и стали в Национальном музее Республики Башкортостан одна за другой открываться выставки живописи, графики, фотоскусства… 15 февраля здесь открылась выставка двух патриархов башкирской фотографии, прекрасных фотохудожников Раифа Карамовича Бадыкова и Вячеслава Александровича Стрижевского.

ДВА БАБАЯ. Разговор на фоне фотовыставки
ДВА БАБАЯ. Разговор на фоне фотовыставки

Автор — Хайдар Кульбарисов

 

То, что Национальный музей Республики Башкортостан является крупнейшим музеем Башкортостана, знает, пожалуй, каждый. В его выставочных залах представлены памятники археологии, истории, этнографии башкирского и других народов республики. Но музей, как известно, святилище муз, а музы всегда питали слабость к художникам. Вот и стали в Национальном музее Республики Башкортостан одна за другой открываться выставки живописи, графики, фотоскусства… 15 февраля здесь открылась выставка двух патриархов башкирской фотографии, прекрасных фотохудожников Раифа Карамовича Бадыкова и Вячеслава Александровича Стрижевского.

Общая выставка — следствие многолетней совместной работы, общности интересов, понимания творческих задач, неизменное чувство юмора и самоирония, как правило, свойственная зрелым художникам. Придерживаясь схожих творческих принципов, каждый из них остается верен собственному творческому поиску, своей стилистике. В фотографиях Бадыкова чувствуется пульс народной жизни. Современные жанровые сцены органично сочетаются с яркими фольклорными мотивами.
Бадыков безусловно является мастером работы с типажами. Галерею его героев составляют и дети, и люди среднего возраста, но то, как Раиф Карамович умеет решать образы деревенских старушек — руки и лица выразительнее любого романа о тяготах жизни, — заслуживает отдельного исследования. В том, как он работает с портретируемыми, угадывается колоссальный опыт репортажной работы.
— Репортажная фотография, конечно же, отличается от художественной, — рассуждает Бадыков, — но, делая репортажную съемку, я иногда усложняю себе задачу — пытаюсь найти художественное прочтение сюжета. Красота порой выглядит скромно. Не заявляет о себе громко. А иногда снимок начинает звучать по-новому спустя время, и это тоже надо иметь в виду.
Моим экскурсоводом по выставке был Вячеслав Александрович Стрижевский. Компанию нам любезно согласилась составить сотрудник музея, заведующая отделом истории края Вера Николаевна Макарова. Вера Николаевна с большим пиететом относится к Вячеславу Александровичу. Она говорит, что Стрижевский — уникальный человек. Его можно слушать часами. У него на глазах проходило становление башкирской журналистики и печати. Он знает сотни историй из театральной жизни республики: про звёзд балета, оперы, драматургии. Словно подтверждая эти слова, в зале, в котором представлены работа Вячеслава Александровича, зрителя встречает несколько крупноформатных портретов Мустая Карима. Зал Стрижевского кажется камерным, почти лиричным. Вячеслав Александрович признался, что поэзия — его давняя страсть. Потому названиям некоторых его работ служат поэтические строфы «Слушай, сын, тишину, где немеют сердца, где не смеют поднять лица», «Умолкла, заглохла, остыло, иссякла, исчезло» (оба — Федерико Гарсиа Лорка).
На упругих струнах колючей проволоки расселись беспечные воробьи. Взъерошенные, они сидят, словно нотки реквиема на нотном стане. Драматургия снимка становится кристально ясной после прочтения названия: «В сердце каждого человека — если вправду он человек, — тайный узник стонет» (Исикава Такубоку).
Обращает на себя внимание снимок догорающей свечи, помещённый в чёрный квадрат. Вячеслав Александрович говорит, что идея этой композиции родилась, как некий диалог с Казимиром Малевичем. Но для Малевича, как мы знаем, чёрный квадрат являлся своего рода манифестом, приговором старому искусству. У Стрижевского же мерцание пламени больше походит на свет надежды. «Свеча, сгоревшая в молитве», — читает зритель и понимает, что этому огарку свечи ведомы чьи-то мольбы и чаяния, и догадывается, что всё только начинается…
Прохаживаясь вдоль выставочных стендов, мы не ограничились осмотром выставки. Мы беседовали о поэзии, о живописи, рассуждали о том, как и когда фотография отвоевала себе место в пантеоне искусств.
— Интересно, — заметила Вера Николаевна, что ещё в начале ХХ века взгляд на фотографию был весьма неромантичным: так, в газете «Уфимский листок» некто Порфирий Лебедев писал, что фотография — это механическое или химическое произведение, созданное посредством фотографического оборота.

ДВА БАБАЯ. Разговор на фоне фотовыставки
ДВА БАБАЯ. Разговор на фоне фотовыставки
Автор:Любовь Нечаева
Читайте нас в